Книга Бремя власти III, страница 103 – Иван Ладыгин

Сердце сжалось. Парень был прикован к столу… Я видел это бледное, напуганное лицо Призрака, заточенного в искусственное тело доппельгангера, беспомощное перед изуверами Юсупова.

— Его дух в теле клона, Мак, — послал я мысль, стараясь быть спокойным. — Его истинное тело — то, в котором я сейчас нахожусь. Когда придет время… ты должна будешь помочь ему вернуться. Выстроить направляющие для перехода души обратно. Это критически важно.

Наступила пауза. Короткая, но напряженная. Потом мысль Мак взорвалась протестом:

— Господин! Да ты с ума сошел⁈ Это же не плавный переход из астрала! Это насильственное выдергивание из одной плоти и впихивание в другую, да еще и пока ты будешь… там! Души столкнутся! Могут развоплотиться обе! Или сгореть! Или перемешаться! Это… это слишком опасно даже для тебя!

Она была права. Каждый разумный маг знал — такие переходы чреваты катастрофой. Потерей личности, безумием, смертью. Но…

— Выбора нет, Мак, — моя мысль была твердой, как гранит. — И я не буду «там» долго. Только на время боя. Чтобы закрыть этот проклятый портал, мне придется сорвать Третью Печать. Тело Николая не выдержит. Оно превратится в пепел за минуты. Мне нужен сосуд. Сильный. Выносливый. И единственный подходящий вариант здесь — демон. Архидемон. Я войду в него, подчиню его волю, его плоть станет моей броней и мечом на время битвы.

Ужас, исходящий от Мак, был почти осязаемым.

— Ты… ты хочешь вселиться в Архидемона⁈ Добровольно⁈ Господин, ты точно рехнулся! Скверна сожрет твой разум! Исказит душу! Ты можешь не вернуться! Или вернуться… не собой!

— Я ненадолго, Мак, — повторил я, стараясь верить в это сам. — На время боя. Думаю, моей воли хватит, чтобы удержаться на плаву. Главное — подготовь Николая. Организуй отступление его духа в ЭТО тело, — я мысленно указал на свое текущее физическое обличье. — Когда я дам команду… когда портал будет почти закрыт… отступайте. Ты и он. Быстро и четко. Поняла?

Повисла еще одна пауза. Дольше предыдущей. Я чувствовал, как Мак борется со страхом, с нежеланием, с пониманием неизбежности.

— Почему⁈ — прорвалось у нее наконец. — Почему ты о нем так печешься⁈ Он же… он же просто слабый дух в чужом теле! Ты рискуешь ВСЕМ!

Я вздохнул. И на миг задумался… Почему? Хороший вопрос. Циничный расчет? Чтобы не оставлять незавершенных дел? Или… что-то другое? Образ этого избалованного, слабого, но по-своему честного и цепляющегося за жизнь призрака всплыл перед внутренним взором. Его сарказм. Его страх. Его попытки понять. Его… человечность.

— Я хоть и древний старик, — сказал я, и в мыслях прозвучала неожиданная для меня самого усталость, — но долг, честь… и чистые души мне всегда были по сердцу. Еще не растерял, видимо, человечности. Считай это моей блажью. Понравился он мне. Глупый еще. Напуганный. Но… нормальный парень. Может, еще толковым станет. Если дать ему шанс. И я дам ему этот шанс.

Мак с неодобрением вздохнула:

— Ладно, господин. Не нравится мне это. Совсем не нравится. Но… все сделаю, как ты сказал. Подготовлю переход души Николая. Поторопись только… а то его скоро резать начнут эти… ученые твари!

— Уже тороплюсь, Мак. Держись.

Я разорвал связь. Золотистый свет Сада померк. Я открыл глаза. Каюта. Серый свет из иллюминатора. Багровое зарево за стеклом стало огромным, заполняя полнеба. На настенных часах, привинченных над столом, прошло несколько часов. Мы были почти на месте. Ад ждал.