Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 94 – Эд Крокер

За дверью заточенная под вампирье зрение темнота, и сперва я почти ничего не вижу, но потом глаза привыкают, и я понимаю, что нахожусь в комнате, примыкающей к залу большего размера, который (чуть) лучше освещен факелами. Надеюсь, мне не придется играть здесь в карты – при таком свете особо не смухлюешь.

В зале с десяток игральных столов, за большинством свободных мест почти нет. В основном играют в «красноперку» и «тыщу», а еще в настольные – «Закат империи» и «Лорды». Что за игры идут в глубине зала, разглядеть трудно. Кое-кто из игроков там уже в стельку, и я не уверен, что они вообще помнят правила. Некоторые вампиры толкутся справа, у бара, другие восседают в обитых бархатом креслах в дальнем конце. Приглушенное гудение голосов то и дело прерывают надрывные вопли отчаяния или триумфа. В отличие от зоны ожидания здесь нет облицовки крашеными деревянными панелями – обычные каменные стены с разносортными гобеленами, развешенными будто на скорую руку. Видимо, дизайнер этого помещения полагал, что все будут либо увлечены игрой, либо попросту в зюзю, чтобы обращать внимание на обстановку. Мудрый человек.

Окинув зал утомленным взглядом, я бормочу: «С чего начнем?»

И устремляюсь к бару.

— Стакан люцской медовухи, – заказываю я слегка небрежным тоном. Представление начинается.

Бармен, высокий и стройный вампир, выглядит так, будто в клуб его случайно занесло сквозняком через дверь, которую кто-то по невнимательности забыл прикрыть.

— Какого-то конкретного года, брат ведун?

Вот это да. Интересно, они запаслись вином специально для меня или у них всегда такой богатый погреб? Не думаю, что первый лорд устроил бы такое шоу ради моей скромной персоны, хотя, с другой стороны, перестраховаться – вполне в духе этого политиканствующего ловкача.

— Не знал, что выбор настолько богат, – говорю я. – В таком случае забудем про вино. Чертопляса на пяти спиртах, конечно же, нет?

Бармен смотрит на меня в недоумении. Я вздыхаю. Никто не держит злосчастного чертопляса.

— Давайте тогда что-нибудь, чтобы сразу наповал.

Бармен жмет плечами и наполняет бокал из стоящей тут же бутылки – она подозрительно напоминает ту, из которой он изначально собирался меня угощать.

Наполовину осушив бокал, я замечаю, что один вампир – не из числа игроков, а из тех, что толпились у стойки, – бочком подходит ко мне. У него большие печальные глаза, тщательно причесанные волосы и черная борода – для лорда слишком большая. Должно быть, мидвей. Проведя почти два столетия рядом с Мудрецом Бэйли, невозможно не выработать какую-никакую наблюдательность.

— У нас тут нечасто встретишь колдуна, – говорит мой новый друг, и по тому, как он проглатывает первый звук в слове «колдун», я понимаю, что он на несколько бокалов успел меня опередить.

Огонек в его глазах тому подтверждение. Состояние вампира легко определить – по крайней мере, когда он насосался крови.

— И правда, – соглашаюсь я, надеясь, что это не показатель качества предстоящей беседы. – И кто же обычно посещает это заведение?

— Да все подряд. Богатые, мечтающие разбогатеть и просто хорошенько надравшиеся. Пускают любого мидвея, даже такого, как я. Конечно, если ты не из тех, кто почти не отличается от изморов. Малейший намек на связи – и ты принят. Лорды и мидвеи общаются здесь свободнее, чем вне стен этого здания, и уж точно свободнее, чем в некоторых клубах только для лордов. Классовые границы чуть более размыты – нас связывает нечто большее, чем социальное окружение. Потому-то мне здесь и нравится.