Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 23 – Эд Крокер

— У нас есть стражи.

— Их совсем мало. Я швырнул их о стену, не дав опомниться. Вот интересно, что могут сделать колдуны, не владеющие магией?

— У нас есть свои приемы, – вздыхаю я. – Кто-нибудь из них погиб?

— Колдуна не убьешь, просто швырнув о стену.

— Зависит от того, как швырнуть. Для кинета ты не особо осведомлен о своих способностях, да?

— Я ассасин.

— Да, – киваю я. – Ты уже говорил. Но я до сих пор жив, и мы с тобой все еще ведем беседу.

Ассасин ухмыляется:

— Путь был долгий. Занесло же вас к самой северной границе, почти в Центроземье. Чуть не помер со скуки. Ничего страшного, если мы немного поболтаем.

Вздыхаю и поднимаю взгляд на стены из песчаника, устремившиеся ввысь на сотню футов. Опорой им служат мощные серые колонны в стиле дисторик с узорчатыми капителями. Сквозь небольшие бреши в стенах, оставшиеся после боев, видны звезды в безоблачном ночном небе.

— Мне известно, кто тебя послал, – начинаю я. – И известно зачем. В моих силах обезоружить тебя всего одним словом.

— Обезоружить одним словом? – выговаривает он, когда его живот перестает ходить ходуном от смеха. – Ой, сомневаюсь. Напомни-ка девиз вашей секты? Что-то насчет мечтаний? Выдающимися боевыми навыками вы точно не славитесь.

— «Есть миры за пределами моего мира, и есть вещи, к которым я лишь мечтал прикоснуться». – Я немного отступаю, ассасин же подвигается на шаг ближе. – Едва ли ты способен постичь смысл этого изречения. А я привык держать слово.

— Ну-ну, продолжай, квантас. Блесни умом, чудик.

Пренебрежение к моему классу колдунов меня не задевает. Я уже привык к таким, как он, – классический хам, пресытившийся магией. Сталкивался с ними не раз за свою жизнь. В его представлении колдун, не обладающий способностями к магии, не представляет угрозы. Что ж, урок ему предстоит усвоить суровый.

— Для начала разберемся, кто тебя послал. Увы и ах, к ассасинам высокого ранга ты отношения не имеешь. В противном случае мы с тобой не вели бы сейчас эту приятную беседу. Полагаю, если бы послали нейраса, плаща или атмоса, я уже был бы мертв. Но кинеты, как правило, не обходятся без открытого хамства.

— Думаю, пора заканчивать этот разговор. Сейчас я познакомлю тебя с содержимым этой бочки, маленький квантасский сморчок.

— Как бы не так. Тебя снедает любопытство, это написано у тебя на лице. Впрочем, тот факт, что ты мастер-ассасин, наводит на мысль, что наняла тебя какая-то из низших сект. Отсюда вопрос: кому мы так насолили, что он не побрезговал ангажировать второсортного убийцу?

— Еще одно оскорбление, и я…

— Что ты сделаешь? Продолжишь меня слушать? Так я и думал. Тогда прекрати перебивать. Ну так вот. Скорее всего, это кинет. Малые общины крепко держатся друг друга. Узость интересов порождает узость мышления. Они доверятся только кинету. Таким образом, круг сужается до двадцати сект. Но чтобы выяснить, кто именно был заказчиком, нужно узнать мотив.

Ассасин просто смотрит на меня, притворяясь, что ему не интересно, однако глаза и шевеление губ говорят об обратном. Я вновь отступаю на то же расстояние, что и раньше, ассасин делает еще один шаг вперед.

— Понимаешь, это смешно, – продолжаю я. – Никто и никогда не бросает нам вызов из страха. Чего нас бояться? В нашей общине состоят исключительно чудики-квантасы, как ты точно подметил. Именно мы верим в смертных. Именно мы верим в детские сказки и терпим за это насмешки.