Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 193 – Dimash Suleimen

Выслушав эту трагическую историю, Алексей задумчиво потер подбородок: — Значит, ты хочешь, чтобы я не просто спас твоего отца от смерти, но и восстановил его доброе имя?

Глаша печально кивнула: — Если вы спасете его, я готова быть вашей рабой, служить вам как волу или лошади… в следующей жизни. Она робко добавила: — Потому что в этой я уже обещала себя госпоже Иванове.

В те времена в городе мало кто был таким атеистом, как Каша. Большинство свято верило, что долги, не отданные в этой жизни, придется отрабатывать в следующей.

У Глашы действительно больше ничего не осталось, что она могла бы предложить, кроме этой клятвы — служить ему верой и правдой из жизни в жизнь… Сказав это, она опустилась на колени, собираясь совершить поклон. Кажется, за всю свою жизнь она не стояла на коленях столько, сколько за сегодняшний день.

Алексей быстро отступил в сторону, не принимая её поклона, и поспешно заговорил: — Вставай, скорее вставай! — Не встану, пока господин не пообещает помочь, — Глаша в отчаянии пошла напролом, решив во что бы то ни стало добиться своего. — Я обещаю тебе, — Алексей горько усмехнулся. — Теперь-то ты поднимешься?

Глаша даже не сразу поверила. Она замерла, широко распахнув глаза: — Правда? — Конечно, правда. Но сначала встань, а потом всё обсудим.

Когда Глаша поднялась, Алексей уверенно произнес: — На самом деле решение простое: нужно либо опровергнуть оценку Семена Вениаминовича, либо заставить его самого забрать свои слова назад. — А разве это не одно и то же? — Разница в том, кто ведет игру, — Алексей загадочно улыбнулся. — Не волнуйся, я беру это на себя. Завтра я загляну в ломбард, осмотрю свиток, и тогда решим окончательно.

Видя его абсолютное спокойствие, Глаша невольно поверила ему. Камень, давивший на сердце, стал чуть легче, и в тот же миг на неё навалилась жуткая усталость. — Я провожу тебя, — мягко сказал Алексей. — Господин, я дойду сама, — Галина покачала головой. — Вы весь день были на экзамене, вы измотаны. — Уже слишком поздно, я не отпущу тебя одну.

Его улыбка обладала какой-то магической силой, которой было невозможно противостоять. В итоге они отправились к дому Ивановых: Глаша шла впереди, а Алексей — в нескольких метрах позади. Со стороны это выглядело не как сопровождение, а как скрытая слежка… Лишь когда девушка скрылась за воротами поместья, Алексей вышел из тени стен и растворился в ночи.

Несмотря на то что вчерашний марафон выжал из него все соки, на следующее утро Алексей заставил себя подняться. Быстро умывшись, он вышел из комнаты и столкнулся со Степаном, который был весь в мыле — в последнее время тот увлекся спортом и каждое утро до рассвета тягал каменные гири во дворе.

Завидев Алексея, Степан грохнул гирю оземь: — Слушай, вчера ночью… — Вчера ночью я вернулся домой еще до захода солнца, — Алексей выразительно посмотрел на друга.

Степан не был дураком, просто соображал чуть медленнее обычного. Через секунду до него дошло, и он расплылся в улыбке: — А-а-а, так это был ты…

Алексей тут же зажал ему рот ладонью и прошептал: — Кто бы ни спросил — я был дома засветло. Понял? — Понял-понял, — закивал Степан. — Я и предкам скажу, чтобы язык за зубами держали. — Выручил, — Алексей оскалился в улыбке и направился к черному ходу.