Книга Как построить магическую академию?, страница 101 – Ксения Кис

— Скажи, что к нам они не заходили, — обратилась я к портрету Тагар.

— Нет, к жилым комнатам они вообще не поднимались. Мы следили. Только внизу буйствовали…

— Но как они попали в замок? Как снова нас усыпили?

— Мы не видели. Они просто в какой-то момент оказались в замке.

Я мотнула головой, понимая, что хочу побыть одна, и направилась в спальню. Бросила быстрый взгляд на ручку двери Стайхона, но не решилась зайти или даже постучать. Подходящих слов в голове все еще не было.

В комнате я бездумно лежала, снова и снова прокручивая слова дракона в голове, но в душе была какая-то гнетущая безысходность.

— Скучаешь? — послышался из зеркала голос Тагара.

— Грущу, — честно ответила я.

— Зря. Ищи во всем плюсы.

— Сейчас из плюсов только кресты на кладбище, которое не тронули.

— Знаешь, — задумчиво проговорил мужчина в лохмотьях. — Я ведь совсем плохо помню жизнь того, с кого меня рисовали. Но, признаться, отрывки воспоминаний есть. Набеги, грабежи… И да, это делали мы. И если для кого-то это было горем, то для нас праздником. Маленькая победа, за которой зачастую шло наказание. И да, я кого-то спас, но как это произошло, я не помню. Однако это дает мне надежду, что что-то благородное во мне было. Так вот, к чему это я. Мы грабили, радовались, но этого хватало ненадолго. Нам приходилось это делать снова и снова. В новых местах, с новыми опасностями. А люди переживали горе, восстанавливали свои дома и снова жили счастливо. Еще лучше у них дома получались, еще защищённые.

— Не хочешь же ты сказать, что нам еще повезло.

— Это только время рассудит. Но пока не стоит так убиваться, если все живы и здоровы. Вы еще молоды, у вас…

Наверное, он хотел сказать, что вся жизнь впереди, но не успел, потому что на улицу послышался странный шум.

Я выглянула в окно и увидела, что Крис куда-то таскает остатки деревьев и что-то рушит магию. Ну вот, еще у одного срыв…

Я побежала вниз, прихватив с собой Дина, Лика и Арею. Не одной же мне боевика успокаивать. Дракона хватило.

— Там, это… У Криса тоже срыв! — выпалила я и понеслась дальше, напугав ребят.

Мы выбежали во двор, и увидели наскоро выложенную тропинку. По ней шагал Крис, таща на плече обгорелую перекладину; на ходу он сбивал каблуком угли.

— Крис! — я поймала его за локоть. — Ты чего творишь? Положи!

— Стой, не ломай! — Лик уже перехватывал перекладину с другой стороны.

Дин вытащила из кармана тонкую веревку и попыталась стянуть Крису кисти — не силой, а хотя бы символом. Арея, бледная, как мука, подалась вперед, но испуганно замерла, не решаясь ничего сделать.

Крис остановился. Посмотрел на нас странно — широко, будто с другой стороны стекла, — и свободной рукой покрутил пальцем у виска.

— Вы, это, — сказал он спокойно. — Совсем?

— Что — совсем? — Лик моргнул.

— С ума посходили. — Крис выдернул локоть, легко, без злости. — Я ничего не ломаю. Я строю.

Он отбросил перекладину на землю, подошел к краю некогда цветущей пооляны и провел в пепле носком сапога — прямую, тощую линию. Потом еще одну, поперек.

— Стадион, — произнес он, как пароль, который мы сами же и потеряли. — Часть сада освободилась от цветочков и кустиков, вот я и подумал... Точнее, я и раньше понимал, что мы про стадион забыли, но молчал. Потому что инициатива мучает инициатора. А так… Разметка здесь, ворота — там и там, — он тыкал пальцем, чертя в воздухе невидимые линии, — три ряда низких лавок по краю. Песок стянем с южного склона. Флажки найдутся. Как-то так…