Книга Как построить магическую академию?, страница 104 – Ксения Кис

Внизу, через арку в прихожую, пробрезжила ровная, чужая тьма. На пороге — три фигуры в чёрных мантиях и капюшонах; лица спрятаны, движения быстрые, отточенные. Один скользнул ладонью по косяку, другой высыпал из кулака горсть чего-то серого, как пепел, третий начертил в воздухе руну-петлю, и воздух между нами хрустнул.

Щёлкнуло — и на входе от пола до перекладины поднялась гладкая, как натянутая струна, пластина. Её выдавала только мелкая рябь и морозный пар, что сразу начал снимать тепло с кожи. Блок сел на порог, как крышка гроба, и за ним мгновенно стало пусто: чёрные плащи, едва договорив жест, растворились рывком и вылетели на улицу. Дверь ударилась, отскочила — и тут же по дереву потекли темные прожилки, вплавляясь в замок.

— Стойте! — выдохнула я, но моё «стойте» ударилось о гладь хуже любого заклинания и сползло вниз росой. Проход был закрыт, невидимая преграда не давала пройти дальше.

Стайхон был рядом со мной. Я почувствовала его дыхание. Оно стало горячим.

Стайхон шагнул вперед, насколько позволяло поставленное заклинание, и провёл ладонью в воздухе, будто чертил свою, драконью, линию. Воздух завизжал тонко, как скрип стекла ногтем, и к барьеру потянулась струйка жара.

Щит набрал цвет — сначала перламутровую зыбь, потом серо-стальной тон, загудел, и я почувствовала, как у меня зубы начали ныть от этого гула. На миг показалось, что он треснет — в глубине побежали мелкие трещинки, как морозные рисунки на оконном стекле.

— Не держит живое пламя, — через зубы сказал Стайхон, голос у него в этот момент стал ниже.

— И что это значит? — покосилась на него я.

— Драконье пламя такого уровня обычно выжигает драконьи преграды. Эта магия либо очень древняя, либо очень сильная.

— Либо запретная, поэтому вас и не научили ее выжигать, — буркнула я.

— Дай я попробую, — едва не зарычал Крис.

Он поднял руки, и боевые искры, уже вспыхнувшие у запястий наверху, собрались в тонкие, как струны, нити. Щелчок пальцами — и эти нити вонзились в гладь блока, как гарпуны. Мир вокруг качнулся — ударное снятие, рубящий импульс, чистое ремесло без украшательств. По щиту прошла волна, но она не разорвалась — лишь поглотила, словно впитала и вернулась в Криса тупым откатом. Крис поморщился, выругался лениво, словно его комар укусил, хотя на шее у него на миг вздулись вены.

За дверью послышались торопливые шаги по камню, шорох плащей, кто-то коротко свистнул. Они уходили. Быстро.

— Давай ещё, — бросил Стайхон Крису.

— Бесполезно, — хмуро сказал он, но всё равно попытался. В этот раз — вязка, потом съём, потом пробой со сдвигом. Щит отозвался тем же тупым «не-а».

Стайхон снова втянул носом воздух, прищурился, как зверь, улавливающий направление. Пламя в нём шевельнулось, аккуратно вышло необходимой струей и… Потухло.

Лик тем временем прислонился к стене и зевнул. Ну да, к нам же живые пробрались, чего ему вмешиваться… Разноцветные носки на нём сегодня были особенно вызывающие: один в жёлтый горох, другой в тонкие фиолетовые полоски.

— Кто ж так порошок сыпет — буркнул он. — Пахнет могильником. Фу.

— Если ты знаешь, как сыпать порошок правильно, может и убрать его сможешь? — упирая руки в боки, посмотрела я на некроманта.

— Да пожалуйста, — обиженно сказал Лик и, не дожидаясь, шагнул ближе. В отличие от ребят он не выглядел осторожным. Он выглядел сонным. Но я видела: пальцы у него в этот момент суше обычного, а взгляд — как у человека, который прислушивается к шагам в темноте. Он протянул руку, но не коснулся. Вместо этого он согнул палец и слегка постучал костяшкой по воздуху, прямо на уровне замка. Раз — как по крышке деревянной шкатулки. Два — ниже. Три — чуть левее. Потом задумчиво уткнулся носком в порог. Не знаю уж, отчего невидимому порогу стало плохо: от действий Лика или от вида его носков, но сработало.