Книга Егерь. Охота, страница 55 – Николай Скиба

Красавчик тихонько заскулил и прижался к моей ноге. Горностай дрожал всем телом, его маленькие коготки царапали мне кожу сквозь штанину.

Карц сжался в комок между корнями дерева. Огненная аура полностью пропала — лис инстинктивно гасил любые проявления магии, словно пытался стать невидимым. Его уши прижались к черепу, хвост подобрался под живот. Поза говорила одно — прячься и молись, чтобы не заметили.

Афина медленно поднялась и встала передо мной. Шерсть на загривке встала дыбом, превратив её силуэт в ощетинившуюся глыбу мышц и когтей.

Я инстинктивно потянулся к ножу, но рука остановилась на рукояти. В сердце поселилась ледяная уверенность — любое оружие против того, что приближается, бесполезно.

Тот самый инстинкт, что заставлял первобытного человека замереть при виде саблезубого тигра. Ощущение того, что ты не охотник, а добыча. И очень скоро станешь мертвецом.

С гребня холма донёсся низкий рык, от которого внутренности свело в узел.

Спокойное объявление своего присутствия. Будто хозяин дома пришёл домой и обнаружил незваных гостей. Терпеливый, невозмутимый, абсолютно уверенный в своём превосходстве.

Земля дрогнула.

Мелкие камешки заплясали на поверхности, пепел поднимался тонкими струйками. Мои ноги почувствовали вибрацию, идущую из глубины — что-то огромное сдвинулось с места далеко внизу, под толщей земли.

Режиссёр тихонько заскулил — тонкий, жалобный звук, которого я никогда от него не слышал. Рысь попятился ко мне, не отрывая взгляда от холма. Его хвост распушился до невероятных размеров, уши прижались к черепу. Даже гордый Режиссёр признавал, что столкнулся с чем-то, превосходящим его понимание.

— Что за… — прошептал я, не отрывая взгляда от мёртвых деревьев на холме.

Я посмотрел на Лану. Её лицо было белым как мел, а глаза, в которых только что плескалась ярость пантеры, теперь были полны чистого, животного трепета перед сильным зверем. Она беззвучно шевелила губами, пытаясь что-то сказать, но из горла вырывался лишь хрип.

Трудно было не понять с первого раза…

Показался хозяин земель.

Я замер.

Секунды тянулись как часы.

Но нападения не было.

Земля больше не дрожала. Воздух продолжал давить, но никто не выходил из-за деревьев на гребне холма.

Никаких звуков.

Я осторожно повернул голову к Лане. Девушка застыла в той же позе, что и минуту назад, её глаза не отрывались от холма.

— Где он? — прошептал едва слышно.

Лана дрогнула, словно очнулась от транса. Повернула ко мне голову, в глазах читалось полное недоумение.

— Не понимаю, — так же тихо ответила она. — Чую его присутствие, но… он не движется.

Прошла ещё минута. Потом ещё одна.

Красавчик первым осмелился пошевелиться. Горностай поднял голову, принюхался и тихо пискнул от недоумения. Карц выглянул из-за корней, он больше не пытался слиться с землёй.

Только моя верная Афина по-прежнему стояла передо мной как живой щит, но даже у неё шерсть на загривке начала медленно опускаться.

Я заставил себя думать.

В тайге зверь, который издаёт предупреждающий рык, либо нападает в следующую секунду, либо отступает, показав силу. Но не застывает на месте. Это противоречит любой логике хищника.

Кроме того…

Осторожно выпрямился из полуприседа. Сделал медленный шаг назад, затем ещё один. Никакой реакции. Ни звука, ни движения с холма.