Книга Шеф с системой. Турнир пяти ножей, страница 56 – Тимофей Афаэль

— Один человек — пять побед? Думаешь, настолько самоуверен?

— Он дерзок, Государь. Мы это видели. А еще он очень опытный и умелый. Вы же не станете отрицать, что он даст фору любому нашему столичному повару? — князь кивнул и Дмитрий продолжил. — Вот и я уверен, что он легко победит любого один на один.

Всеволод побарабанил пальцами по подлокотнику.

— Тогда мы запретим это правилами, — сказал он. — Один мастер — один поединок. Выступил раз — больше к печи не подходишь.

— Именно так, Государь, — Оболенский кивнул. — Это первое, что мы должны продавить на завтрашней встрече.

— А второе?

— Судьи. Белозёров, — Оболенский повернулся к посаднику, — у тебя есть люди в городе, которых можно посадить судить поединок?

Белозёров оживился. Это была его территория.

— Есть, Дмитрий Васильевич. Гильдейские старшины, купцы первой статьи. Прикормленные, проверенные. Скажу слово — проголосуют как надо.

— Хорошо, — Оболенский кивнул. — Продавим своих судей. Если Веверин попытается возразить — напомним, что турнир проходит в Вольном городе, а значит, местные должны быть представлены в качестве судей. Можно еще посадить столичных бояр, чтобы претензий не было. например человек от Вольного города, человек от столицы и приглашенный нейтральный гость.

Всеволод усмехнулся. Впервые за утро на его лице появилось что-то похожее на удовлетворение.

— Загоним щенка в угол, — сказал он. — Мне это нравится.

Оболенский позволил себе лёгкий кивок, но внутри у него продолжало скрести беспокойство. Слишком легко и просто. Повар, который дерзнул бросить вызов Великому Князю, не мог не понимать, что столкнётся с противодействием. Он что-то задумал. Что-то, чего они пока не видят.

Но что именно — Оболенский пока не знал.

— Теперь о мастерах, — Всеволод подался вперёд. — Кого выставляем?

Это был простой вопрос. У Великого Князя были лучшие повара Севера, выписанные из столиц и заморских земель. Люди, которые кормили королей и императоров.

— Ваш личный мастер, Государь, — начал Оболенский. — Гюнтер. Он готовил для императорского двора. Опыт, школа, репутация.

Всеволод кивнул.

— Гюнтер — это раз. Дальше.

— Анна, — сказал Оболенский. — Дочь Мстислава Даниловича. Личный гастрономический мастер при вашем дворе.

Князь удивился.

— Аня? Что-то из головы вылетело. Можно и ее.

— Не можно, а нужно. Лучшая в столице, Государь. Три года училась у заморских мастеров. Её блюда хвалят иноземные послы и она горит желанием доказать своё превосходство.

Это было правдой. Анна всегда старалась доказать своё превосходство и была очень щепетильна в вопросах кулинарии.

— Хорошо, — Всеволод кивнул. — Анна — это два. Ещё трое.

— Выпишем из-за рубежа и еще в Княжеграде кандидатов посмотрим, — Оболенский прошёлся по комнате. — У нас есть время. Деньги не проблема.

— Кого именно?

— Жан-Пьер сейчас гостит в столице. Мастер соусов. Они считаются эталоном при дворах. Марко с юга — работает с рыбой и морскими гадами так, что люди плачут от восторга. И кто-нибудь из восточных земель — персы или арабы. Специи, сладости, то, чего на Севере отродясь не видели.

Всеволод откинулся в кресле и расплылся в довольной ухмылке.

— Пятеро мастеров мирового уровня против деревенского повара и его сопляков, — он хохотнул. — Да мы их размажем, не вспотев.