Книга Зал костей, страница 153 – Тим Харди

— Тебе повезло, что Линдос так далеко, – наконец сказал я. – За такую татуировку в Ольте могли бы повесить, хоть Тюрвинг Черноглазый и назвался ярлом Ривсбурга. Кем ты был? Ярлом Адальрика или его телохранителем?

— Я служил Асмару, – ответил Тенгиль. – Сейчас мне жарко, и кроме тебя я никого здесь не вижу. Думаю, нам с тобой можно не осторожничать друг с другом. В конце концов, мой маленький секрет ничто по сравнению с твоим.

— Если ты был в страже Асмара, то вряд ли любишь Адальрика. Ты хорошо его знал в те времена, когда жил в Ворунде?

Тенгиль отвернулся, избегая моего взгляда, и ловко перевязал очередной сноп ячменя.

— Думал, что хорошо… Давай поспешим, скоро начнет смеркаться.

* * *

Солнце уже садилось, когда мы возвращались с полей. С меня градом катил пот. Измученный, я присел, тяжело дыша, возле хижины Этты; Тенгиль с тревогой наблюдал за мной. Вероятно, он сходил за помощью – следующее, что я увидел, было лицо Ариссы, которая смотрела на меня сверху вниз. Ее губы шевелились, но чуть слышный звук голоса доносился как будто издалека. Все вокруг замерцало, словно я оказался под водой. Последовала ослепительная вспышка, боль острым гвоздем пронзила мой череп, и я с громким криком выгнулся в агонии.

Нуна уколола палец иглой и громко ойкнула, отчего Катла и Оттама оторвали взгляды от вышивания. На кончике все еще саднящего пальца выступила капелька крови. Нуна сунула палец в рот и встала.

— Вы тоже слышали? – спросила она служанок, которые непонимающе переглянулись.

— Я ничего не слышала, госпожа, – ответила Катла.

— Кто-то кричал… или мне показалось. – Нуна подошла к окну, взглянула на Норлхаст в лучах заходящего солнца. – Надеюсь, Вальдимар не пытает какого-нибудь беднягу.

— Не волнуйся, госпожа. – Оттама встала и закрыла ставни. – Иногда крики морских птиц напоминают человеческие вопли, особенно когда ветер доносит их сюда. В любом случае уже поздно, нам давно пора готовиться ко сну.

Нуна позволила служанкам приготовить ей постель и помочь раздеться, время от времени качая головой. Она не сомневалась, что слышала крик, и чувствовала смутную тревогу.

* * *

— Я так и знала. Он целый день провел в поле с Тенгилем, работая без передышки, и теперь взгляните на него! – В далеком голосе Ариссы звенела ярость. – Почему ты ничего не сделал, Йолдир, чтобы ему и в голову не пришло отправиться вязать снопы? Если бы хоть у кого-то из вас были мозги, вы бы и близко его туда не подпустили!

Арисса продолжала браниться, а Йолдир присмотрелся ко мне повнимательнее, осторожно коснувшись рукой моего лба. Дверь в хижину Этты распахнулась, и вышла старуха.

— Что тут? – требовательно спросила она, ковыляя ко мне. – Он очнулся?

— Я не знаю, видит ли он нас или затерялся где-то далеко, унесенный Видением, – ответил Йолдир. – У него случился припадок, который не позволяет мне к нему присоединиться.

Этта поникла, опершись на клюку.

— Значит, ты не можешь его защитить… или нас, если на то пошло. Должно быть, это связано с… вашими занятиями?

— Наверное, мы переусердствовали, учитывая, что в этом месяце он много работал в поле, а его здоровье еще не восстановилось. И он тяжело воспринял вести о той девушке, с которой был близок, когда жил в крепости Ульфкель.

Голос Ариссы дрогнул.