Книга Первый среди равных. Служа Империи, страница 65 – Павел Чук

— Меня зовут Сали́х Савле́й Нибе́ри, — нарушил молчание парнишка, — я младший сын наместника провинции Савва́ли. Если меня отпустят, то отец даст хороший выкуп, золотом.

— Ты младший сын, за тебя ничего не дадут, — ответил на его предложение, а сам смотрел за его реакцией. Я не знал местных обычаев, но предположил, если младший сын, то есть старшие и они или он, наследник, а младший, так он всегда младший. Может он самый любимый, но с политической точки зрения самый слабый претендент или аргумент для торговли.

— Тогда вас всех убьют! — зло бросил парнишка, — мои братья и отец отомстят за меня!

Вот такой реакции я ожидал и пытался вывести его из равновесия, чтобы тот говорил, угрожал все возможными карами, но главное — говорил. Информации много не бывает, а если подойти с умом к полученным сведениям, отфильтровать эмоции, фантазии и мечты, то можно получить достаточно реалистичную картину.

— Кто за тебя пойдёт мстить⁈ У твоего отца и солдат не осталось! Все здесь полегли, даже до села не дошли, — играл на самолюбии.

— Это всего лишь малая часть тех, кто вышел на войну. Как только узнают, что мой отряд разбит, здесь будет не протолкнуться от всадников Великого Нибери!!! И вы все умрёте в муках, прося милосердную смерть! Ты и твои солдаты будут стоять на коленях и искать момента, чтобы броситься на кинжал, но… такую участь надо будет ещё заслужить!!!

«Что-то понесло мальца», — резко сблизился с ним и ударил прямым в челюсть. Боялся, что переусердствую и пришибу парнишку, а он мне ещё понадобится, но поймав его падающим в глубоком нокауте, пощупал пульс. Нормально. Живой.

Наблюдавший это штабс-капитан только и успел встать, но я его остановил.

— Сиди. Капрал! Связать и поместить отдельно, под присмотром. Чтоб не менее трёх солдат за ним следили. Если сбежит, всех под трибунал отдам!

— Что это было, господин полковник? — осторожно осведомился капитан, когда парнишку вынесли из хижины.

— Не что, а кто. Это сын местного главы с сопредельной стороны. Сначала хотел выторговать себе свободу, потом, когда отказался, угрожал. Вот и не выдержал. Но парнишка ценный. Наверно придётся в ночь уходить отсюда.

— Сын? — пробормотал капитан, — да, мне говорили, что местные не гнушаются отправлять своих детей в набеги, так они отмечают своё совершеннолетие, но, чтобы поймать отпрыска самого наместника… этого ещё не удавалось.

— Так что давай готовиться к отходу. Сейчас отдам распоряжения, а ты подумай, что с детьми делать. Вроде лошади целые есть. Повозку надо соорудить или волокушу. И раненых наших оставлять нельзя. С собой заберём.

— Слушаюсь, придумаю что-нибудь.

Вместе вышли из хижины. Остальных пленных увели. С ними разговаривать без толку, всё равно ничего не понимают. Подозвал лейтенанта.

— Лейтенант, сегодня ночью выходим. Надо отправить гонца к соседям, предупредить. Есть кто с лошадью может управиться? — вот тут лейтенант задумался.

— Я немного могу, — ответил офицер, — а больше, так мы к пешему строю приписаны…

— Понятно. Савелкин!!! Савелкин! Ты где? Вот когда нужен, так его нет, — сокрушался, но не успел оглянуться, как верный адъютант оказался рядом.

— Слушаю, господин штабс-полковник.

— Тебе важное поручение. Не забыл, как с лошадью управляться?

— Разве это забудешь, с детства в седле.