Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 296 – Брендон Сандерсон

Подобравшись ближе, Навани убедилась, что беженцы выглядят так же, как люди, знакомые ей в реальности. Их страдания казались настоящими, как и слезы изнеможения – и даже радости, когда несчастные выходили под дождь и валились в грязь, не в силах больше ступить ни шагу. Что удивительно, они не притягивали спренов. Быть может, те еще не привыкли к представителям человеческой расы.

Дождь прекратился, но Навани на каждом шагу оскальзывалась в жиже, а юбка вскоре безнадежно вымазалась. Далинар в сапогах топал более успешно.

— Бедняги, – прошептал он. – Может, стоит подогнать одного из тех чуллов на подмогу?

— Так люди же вроде ненастоящие? – поддела его Навани.

— Ненастоящие, – согласился он. – Я… в общем, я всегда не слишком уделял этому внимание, как бы разумно это ни было.

Навани улыбнулась, принимая предложенную им помощь и с трудом продвигаясь вперед, пока они не добрели до первых беженцев. Над ними витал отвратительный запах гари. Заметив их с Далинаром, люди отпрянули. Навани запоздало вспомнила, что они видят ее певицей – пугающим созданием с мраморной кожей и панцирем.

Один мужчина в синей тунике направлял переселенцев к предгорьям. Он шагал среди них, скользя сандалиями по грязи и для устойчивости помогая себе копьем с обсидиановым наконечником. У него была короткая черная борода и проницательный взгляд. С такими чертами лица он мог бы быть алети. Шквал! Кажется, она его узнала. Неужели некоторые изображения настолько точны?

— Йезерезей? – произнесла она, потом вспомнила имя, которым называли его Эш и Тальн. Настоящее, до мифологизации и придания имени симметрии. – Йезриен?

Тот остановился, широко распахнув глаза, и что-то рявкнул на языке, которого Навани не поняла.

Далинар уставился на него, резко втянув воздух.

— Ты тоже узнал? – спросила Навани.

— Более чем в одном смысле. Я наблюдал его в видении, но теперь, когда он здесь в простой одежде, измотанный… Шквал побери, Навани! Это же Аху, нищий. Я, случалось, выпивал с ним в садах в Холинаре…

Что?!

— Ты шутишь.

— Да нет же, это Аху, – настаивал Далинар. – Он мне так нравился. Добрый пьянчужка. Делился со мной вином в иные темные дни… Возможно ли это? На самом деле?

Она вновь обратила все внимание на Йезриена. Он потребовал от них чего-то еще, и рядом с ним встала женщина с огненно-рыжими волосами, в гуще которых просверкивали золотистые пряди. У нее был вид воительницы, хотя из оружия имелся лишь простой каменный топор. Это, должно быть, Чанаранач – Чана, как называла ее порой Эш.

По настоянию Навани они с Далинаром отступили немного назад, чтобы не вступать в конфронтацию с Йезриеном или Чаной.

— Три Вестника, – прошептал Далинар. – А ты говорила, что до обретения ими сил еще несколько поколений.

— Рабониэль сделали бессмертной примерно в то же время, когда был создан Клятвенный договор, и произошло это, по ее словам, пару поколений спустя после перехода. Это совпадает с тем, что мы узнали из записей на Напеве Зари. Там указано, что поначалу люди и певцы ладили, но со временем люди захотели расширить свои территории. Последовало восстание, затем война…

— Это объясняет, почему Ишар выглядит моложе, чем при нашей встрече, – сказал Далинар. – Да и Йезриен – здесь ему, наверное, под тридцать. А вон там… – он указал на девочку-подростка под охраной копейщиков, – Эш.