Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 297 – Брендон Сандерсон

— А та Эш, которую мы знаем, по-видимому, застыла в возрасте чуть моложе тридцати, – заметила Навани. – Выходит, лет шестьдесят-семьдесят от нынешнего момента до обретения бессмертия Вестники по какой-то причине старели медленно. Хотела бы я увидеть тот день. – Она прищурилась. – А где Вражда? Он же явился вместе с людьми. Впрочем, богу не обязательно становиться видимым…

Навани оглянулась. Вдалеке, на склоне горы, остановились певцы. Мудро рассудили, что им стоит посмотреть, чем занимаются вторгшиеся к ним чужаки.

Йезриен шагнул ближе и снова чего-то потребовал.

— До сих пор я всегда понимал языки, на которых говорили в видениях, – заметил Далинар, хмурясь.

— Все? – уточнила Навани. – Думаю, здесь мы отразились как певцы и потому говорим на их языке.

— Придется попробовать провернуть фокус со Связью. Для этого необходимо к нему прикоснуться.

Далинар поднял руку, из пальца потекли струйки света.

Йезриен зарычал, и из него хлынул мощный свет. Шквал!

«Да, это и разрушило Ашин», – подумала Навани, припомнив первый переведенный ими фрагмент Напева Зари: «Опасные силы спренов и потоков. Они уничтожили свой край и пришли к нам попрошайничать. Мы приняли их, как повелели боги…»

Вереницы людей, казалось, тянулись вечно, а по другую сторону портала Навани не увидела никаких признаков деревьев, за исключением дымящихся пней.

Ученая в ней – ученая, которую она признала и приняла, – жаждала ответов. Однако в данную минуту ее внимание приковал к себе муж, шагнувший вперед и затеявший ссору с древним королем. Далинар пытался объяснить – без слов! – что хочет всего лишь коснуться Йезриена.

К несчастью, если новоприбывшие имели представление о связывании потоков, они знали, какую опасность может нести в себе простое прикосновение. Навани не могла осудить Йезриена за то, что он попятился, наставив на Далинара копье. В прежних видениях тот был неуязвим для опасностей, но теперь они находились тут во плоти. Правила могли измениться. В любом случае Навани не хотела, чтобы Далинар ввязывался в шквальную драку в грязи.

К счастью, она увидела решение. Тронув мужа за локоть, она указала на Шута, наконец вышедшего из портала.

Он уставился в небо, зажав в руке камешек. Тот самый, что дал Далинару – или даст тысячи лет спустя. Шут заметил их, и Навани понадеялась, что он вмешается. Но он отвел взгляд, ссутулив плечи.

— Может, Шут из этого времени сумеет объяснить Йезриену, что нам нужно, – сказала Навани. – Или, может быть, позволит тебе себя коснуться.

Они зашагали в выбранном направлении. Грязь была не слишком глубока, но идти по ней все равно удавалось с трудом. На более топком участке неподалеку увязло несчастное животное – мощнее лошади и весом с чулла.

Далинар схватил Шута за плечо, затем коснулся Навани, устанавливая Связь, чтобы сопоставить их языки: фокус, который Навани еще не успела освоить. Шут выглядел до глубины души напуганным. Глаза остекленели. Движения вялые. Так ведь он только что видел гибель целого мира. Навани не могла упрекнуть его за отсутствие жизнерадостности.

Но когда он заговорил, прозвучало совсем не то, чего она ожидала.

— Я ведь ненастоящий, да? – произнес он монотонным голосом.

— Шут! – окликнул его Далинар. – Э-э… как твое другое имя?

— У меня их много. И все они – не я. Я… сила… я пытаюсь его изобразить… Но он слишком много знает, так что понял бы, что он ненастоящий, поэтому мне приходится заставить себя понять, что я ненастоящий… Но потом… я знаю…