Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 251 – Брендон Сандерсон

— За исключением солдат, – вставил Каладин.

Он обозревал пустой лагерь, упершись руками в бока, и, казалось, находил всю идею весьма непривлекательной. И это хорошо, ведь так оно и было.

— Солдату все равно до́лжно почитать камень, – пояснил Сзет. – Многие делают неправильные выводы. Суть вовсе не в том, что для того, кто убивает, камень становится чем-то обыденным, а лишь в том, что солдаты ведут разрушительный образ жизни и вынуждены его осквернять. С каждым выкованным оружием усугублять свой грех.

— Шквал, до чего же диковинные места, – прошептал Каладин.

— Мы живем мирно, – сказал Сзет, – тогда как в твоих краях войны почти не прекращаются.

— Потому что сваливаете все неприятные занятия на немногих притесняемых.

— Разве не в том же суть Сияющих? – спросил Сзет. – Стражей на границе, как говорит Далинар? Привлекательное название непривлекательной идеи: те, кто вынужден убивать, чтобы простые люди могли вести мирную жизнь. Сияющие должны купаться в крови и пятнать свои души, чтобы выковать мир.

— Это в корне неверное толкование, – сказал Каладин.

Сзет не стал продолжать тему. Зачем спорить с человеком, привыкшим всегда быть правым?

— Пойдем. Думаю, где-то здесь есть люди. Постройки выглядят куда лучше, чем те, что мы проходили внизу.

Он обернулся и окинул взглядом пейзаж. По зеленым лугам были разбросаны фермы, похожие на его родную, виднелись мелкие городки. По пути сюда странники завернули в один из них, и он оказался заброшен. Быть может, Каладин прав: жители ушли на север, в какой-нибудь крупный город.

Каладин и Сил не возражали, когда Сзет повел их к казарме – месту, которое помнил, хотя и не испытывал к нему теплых чувств. Он остановился и, не заходя внутрь, махнул спутникам, чтобы шли следом, сам же зашагал мимо к следующему зданию.

Как Сзет и надеялся, из казармы послышались звуки: когда он уходил, к окнам кинулись люди, чтобы выглянуть наружу. Крутанувшись на месте, он одним движением метнулся назад и пинком распахнул дверь, выбив замок.

Внутри десятки людей юркнули в тень. Глаза широко распахнуты, лица запылены, одежда истрепана. Сзет разглядел остатки цветовых пятен. Поблекшие шарфы. Кушаки, едва отличимые от штанов из-за грязи и плохого освещения.

В глубине души Сзет выдохнул с облегчением. Он снова увидел соплеменников – будто пробудился от кошмара в знакомой обстановке. И все же что-то было не так. Люди держались подальше от него и от входа, от хлынувшего через распахнутую дверь света.

— Что это с ними? – спросила Сил, выглядывая из-за его спины.

Сзет обратился к ним на родном языке. Звуки показались ему непривычными, тяжело перекатывались на языке.

— Что с вами? Вы не солдаты, но ступаете по камням?

— Мы вынуждены, – шепнул кто-то из теней. – Почва проглотит нас.

— Проглотит, – еле слышно повторили несколько человек.

— Чушь, – сказал Сзет. – Как же вы питаетесь?

— Мы обрабатываем поля по ночам, – ответил еще один голос. – Так велит шаманка. Ночью земля нас не видит.

— Не видит… – прошептали другие.

— Что они говорят? – спросил Каладин.

— Что земля их почему-то проглотит, – объяснила Сил. – Поэтому они работают в полях по ночам, а днем, судя по всему, прячутся здесь.

— Солдаты, – произнес Сзет, и Сил продолжила переводить Каладину. – Где же солдаты?