Книга Одаренный, страница 127 – Forthright

Квен замер, ему стало совсем плохо. Это насмешка? Или того хуже? Он не ожидал, что их друзья способны на такой некрасивый поступок. К его стыду, глаза наполнились слезами.

Кто-то выругался. Наверное, Гинкго. Кто-то расплакался. Бедный, милый Кирие. Кто-то ругал папу. Определенно Адуна-со. А кто-то его обнял. Сначала Квен подумал, что это, должно быть, Лауд, и обмяк от облегчения. Но когда глаза прояснились, он понял, что принял серебряные волосы за белые. Он был в объятиях Арджента, и лис держал его крепко.

— Предоставьте его мне, – приказал Арджент, рассекая рукой воздух, в котором вспыхнули замысловатые символы чар. Барьер, но Квену было бы не под силу создать такое, потому что мир внезапно исчез. Лисья магия. Тихий голос предупредил его о том, что в пустом пространстве присутствует еще кто-то.

— Спасибо, что впустили меня, – сказал Хисока.

Арджент закатил глаза:

— Щенку кажется, что его предали. Сделай все правильно. И побыстрей.

Кот прокрался в поле зрения, потянулся к безвольно висящим рукам Квена и наклонился так низко, что их лбы соприкоснулись.

— Мне жаль, что я так тебя расстроил. Я бы хотел избавить тебя от всего: косых взглядов, клеветы, лживых предположений и скандальных домыслов. А пока мы можем только подготовить тебя к тому, что они неизбежны.

Взгляд Квена метнулся к лицу Арджента.

— Вы мне лгали?

— Нет. Я рассказал тебе, во что поверят некоторые и что будут говорить эти некоторые.

Арджент не принес никаких извинений. Впрочем, они были и ни к чему. Элоквент вырвался из рук лиса, но не ушел далеко. Серебристые хвосты развернулись веером. Приличия не позволяли Квену прикасаться к ним, так что он оказался в настоящем плену. Несмотря на это, Квену легче было чувствовать себя на равных, когда они трое сидели так близко, что соприкасались коленями.

— Когда о вашей «помолвке» с Кимико станет известно, комментарии прессы будут не менее жесткими, чем слова Арджента, – сказал Хисока.

— Хуже, – пробормотал лис. – У вас будут требовать – а не просить – информацию, которую любой партнер счел бы строго конфиденциальной. И это только средства массовой информации. Развеселая банда исследователей-наблюдателей станет забрасывать вас анкетами, назначать медицинские осмотры и тактично просить предоставить им генетические образцы.

— Папа с этим тоже сталкивался?

— Только с момента объявления о рождении Эвера, – ответил Хисока. – Хармониус отважно защищал Анну. Ее никогда не фотографировали и не брали интервью.

Квен коснулся руки Арджента:

— А как справляется госпожа Меттлбрайт?

— Цумико также неуловима по собственному выбору и моему настоянию. – Губы Арджента плотно сжались, образовав тонкую линию. – Ко мне регулярно обращаются те, кто – ради блага Междумирья! – ищет доступа к метисам, нашедшим убежище в Особняке. Нашим приоритетом всегда была их защита.

— Арджент – один из многих, дающих убежище не имеющим клана или герба, – добавил Хисока.

Кот, вероятно, и сам приложил к этому лапу. Это объяснило бы присутствие Инти в Нью-Саге.

— Я понимаю, что мне нужно наставление. – Квен был настолько очарован мечтами о будущем, что ни разу не задумался о неизбежной при этом борьбе, к которой он не был подготовлен. – Но почему вы только сейчас говорите мне об этом?