Книга Записки о сломанном мире 1, страница 68 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Что вы, нет!!! — возопили доктора в два голоса, и Уоткинс продолжил:

— Похоже, мистер Андервуд, тот энергетический кокон, который блокировал ваши возможности, треснул окончательно. Вам ещё придётся бороться с его, если можно так выразиться, обломками, но… Это, несомненно, прорыв!

— Этой ночью вам удалось сделать скачок на дюжину уровней вверх! — кивнул Флетчер. — Однако… — он предупредительно поднял ладонь, — на вашем месте я бы не принимал скоропалительных решений! Я прописываю вам отдых и восстановление после травмы. Неделю.

Флетчер выглядел весьма непреклонно, но я его почти уже не слушал. На дюжину! Значит, нынешний мой уровень — тридцать четыре!!! Так вот как обычно ощущают себя оперативники! Я был полон сил, мыслил ясно и вообще чувствовал себя, словно сжатая пружина. И название книги! Недаром они спросили об этом. Расстояние до шкафов с моего места — даже не десять метров, а все двенадцать! Зрение обострилось, занятно.

Как же хорошо, что раньше я не помнил обо всём этом, иначе мои страдания были бы уж вовсе тягостными, а все предыдущие дни нельзя было бы назвать иначе, кроме как жалким существованием. Наверняка старому хрычу из заклятого рубина не пришла в голову подобная каверза, иначе он не преминул бы добавить мне неприятных переживаний.

Новая мысль разом выкинула из головы неприятные воспоминания о проклятом камне. А ведь теперь я мог немедленно вернуться на оперативную работу! А, нет, через неделю. И тем не менее!

— А когда открывается столовая? — поинтересовался я.

Похоже, оперативники никогда особо не жаловались на дурной аппетит.

Доктора переглянулись:

— Повара придут около шести… — начал Уоткинс.

— Возможно, вам помогут бутерброды, которые я с вечера прихватил из столовой на перекус? — предложил Флетчер.

— А я поставлю чайник! — доктор Уоткинс устремился в лаборантскую.

А во мне проснулся голодный тигр. Я умял пару докторских бутербродов (согласитесь, было бы как-то неловко уничтожить все их запасы), выпил пару чашек кофе и оглянулся в окно на сереющее утро:

— Господа, если я вам более не нужен, я бы предпочёл отправиться домой.

Флетчер и Уоткинс с сомнением посмотрели друг на друга.

— Если кто-то решится напасть на оперативника Департамента, когда он в таком состоянии, — начал мелкий.

— То он сам же и виноват! — закончил большой. — В конце концов, мы не нанимались спасать тёмных личностей от возмездия судьбы.

— Я могу пойти пешком, — предложил я. — До моего дома не так уж и далеко.

Откровенно говоря, мне ужасно хотелось есть, и вид жаркого, изготовленного заботливыми руками Анны-Эммы, как живой вставал перед моими глазами. И наверняка у неё есть в запасах кусок хорошего окорока. Или хотя бы ветчины…

— Оставьте! — рассеянно взмахнул рукой Флетчер, нажимая кнопку вызова ночного дежурного. — Наверняка есть свободная карета скорой помощи. Вас доставят точно по адресу.

Так и вышло. Меня привезли домой, где я был передан в руки взволнованной миссис Этвилл и накормлен до отвала, после чего позволил себе завалиться в кровать и продрыхнуть до обеда.

НОВЫЙ ДЕНЬ С НОВЫМИ ОЩУЩЕНИЯМИ

Утро (названное так, исходя из всплывшего из подсознания соображения «когда встал, тогда и утро») порадовало меня всё той же бодростью. Признаться, я немного опасался, что ощущение переполняющей меня энергии вдруг исчезнет — но нет, ничего подобного не случилось.