Книга Ледяное сердце эриды. Зарождение легенды, страница 44 – Цитианка

— Не смотрит на меня так, — бросаю не оборачиваясь, — через минуту я буду одета. Можешь доложить принцу, что его хладница в порядке и что к ужину я выйду вовремя.

Риан резко выдыхает, будто я лишаю его последнего аргумента. В отражении вижу, как он проводит ладонью по лицу, задерживается пальцами на переносице, словно пытается вернуть себе самообладание. Потом отворачивается к двери, встает к ней боком, демонстративно глядя в стену.

— Ты невозможная, — бросает глухо. — И я не понимаю, это у тебя врожденное или вас так учили.

— Нас учили молчать и подчиняться, — отвечаю спокойно, не отрывая взгляда от отражения. — Все остальное я додумала сама.

Риан фыркает почти беззвучно, будто это признание задело его сильнее, чем любые мои выходки. Я продолжаю вытирать волосы и в вижу через отражение в зеркале, как его плечи постепенно опускаются, напряжение сменяется усталостью.

— Пятнадцать минут, — говорит наконец, уже без резкости. — Ни секундой больше. Я жду за дверью. Принц Адарис терпеть не может опозданий, советую не испытывать его терпение.

Он бросает на меня долгий, изучающий взгляд, будто еще раз проверяет границы моего упрямства, потом отворачивается и выходит за дверь.

Мира облегченно выдыхает и торопливо подает мне чистое белье. Я еще пару секунд задерживаю взгляд в зеркале, словно пытаюсь рассмотреть в нем что-то новое — может быть, хотя бы намек на уверенность. Но отражение остается прежним: бледная кожа, глаза фиолетовые, волосы, чуть спутанные, и взгляд, в котором больше усталости, чем желания идти на этот ужин. Я провожу ладонью по щеке, по прохладной коже и на мгновение ловлю себя на мысли, что, возможно, это и есть мой настоящий облик: тень без права на тревогу, только на долг.

* * *

— Говоришь, принц не любит опозданий? — спрашиваю, сверля взглядом дверь в комнату принца.

Риан бросает на меня быстрый взгляд, в котором мелькает что-то вроде предупреждения.

— Лучше тебе не шутить об этом вслух. Его Высочество сам решает, когда выходить.

— Значит, остальным опаздывать нельзя, а ему можно?

Риан открывает рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь резко распахивается.

Адарис выходит, застегивая на ходу манжет темного камзола, волосы его чуть растрепаны. Он останавливается, окидывает нас взглядом сначала Риана, потом меня. И замирает.

Его глаза медленно проходятся по мне сверху вниз, задерживаются на лице.

— Что это такое на тебе? Снимай немедленно.

Я на секунду теряюсь и не сразу понимаю, о чем он говорит. На мне хартан, волосы собраны в тугой хвост и аккуратно стянуты кожаным шнурком, который я нашла в комнате. Все выглядит правильно, без лишних деталей, как полагается.

— Ваше Высочество, — начинаю я ровно, — я одета согласно правилам. Хартан…

— Волосы, Элария. Распусти их.

— Но… устав… — вырывается у меня, и я тут же жалею о сказанном.

В коридоре повисает тишина. Даже Риан на секунду замирает, губы приоткрываются, взгляд мечется между нами. Я стою и не сразу верю, что принц говорит это всерьез. Вчера, во время обряда избрания лента слетела случайно, я не хотела этого. Но сейчас если я выйду к королевской семье с распущенными волосами намеренно, это будет уже не случайность, а явное нарушение правил и прямое неуважение к порядку и к самому королю.