Книга Пантеон оборотней, страница 128 – Евгения Якушина

Чиновник императорской канцелярии поднялся и шагнул к двери. Руднев бросил взгляд на Кошко и отрицательно качнул головой.

— Постойте, Михаил Николаевич, – окликнул начальник московского сыска Граббе. – Думается мне, старина, горячку в таком деле пороть не стоит. Литерный ваш ещё немного под парами постоит. Чай, действительные статские советники задерживаются, а не опаздывают. Давайте-ка обдумаем ситуацию без сердца. Вон, как я вижу, у Дмитрия Николаевича какие-то соображения имеются.

Граббе поворотился, но на место не вернулся.

— Господа, не хочу показаться вам паникёром, но мне ситуация видится катастрофической, – сказал он сухо. – Я не имею права усугублять её, откладывая доклад. И не вижу, какие тут могут быть ещё соображения!

— Михаил Николаевич, и всё же подождите! – настойчиво попросил Руднев. – Выслушайте меня! Я не имею опыта придворной службы, но вследствие своего камер-юнкерства при дворе бывал и кое-что о тамошних порядках знаю. В частности, я нимало не сомневаюсь, что сразу после вашего доклада его высокопревосходительству Танееву^[44] будут не только призваны к ответу предатели, но и полностью похоронен весь проект, да так, чтобы и памяти о нём, а также о случившемся скандале, не осталось. Ваша канцелярия умеет хранить свои тайны и от полиции, и от жандармских, и даже от Генштаба! И это значит, что никого из изменников, кроме Уварова и Миндинхова, установить не удастся.

— Если проект похерят, это уже не важно! – хмуро возразил Граббе. – Не будет тех сведений, которые кто-то кому-то сможет продавать!

— Ваш проект – не единственный интерес вражеских разведок! – настойчиво продолжил увещевать Дмитрий Николаевич. – Не будет его, эти же персоны станут другие государственные тайны врагам России раскрывать! И сколько трудов потребуется, чтобы их на чистую воду вывести! А тут реальная ниточка! Вы сами первоначально намеревались мерзавцев своими силами ловить! И ведь поймали! Так давайте доведём дело до конца!

— Вы хоть понимаете, о чём меня просите! – всплеснул руками действительный статский советник. – Я за такое самоуправство должности лишусь, и пенсии мне не видать. Я обязан доложить!

— Так вы уже не доложили, когда записки в витринах развешивали! – усмехнулся молчавший всё это время Терентьев. – Что уж вам, ваше превосходительство, по волосам-то плакать, когда голова и так под топором.

Незлобивая ирония сыщика отчего-то вдруг разом успокоила чиновника царской канцелярии. Он вернулся в своё кресло, закинул ногу на ногу, снова посмотрел на часы, но уже как-то абсолютно равнодушно, и деловито спросил:

— Ну-с, господа, и какие у вас идеи?

Литерный так и не дождался действительного статского советника. Однако менее чем через полчаса Граббе покинул конспиративную квартиру, спеша приступить к исполнению своей части плана по разоблачению изменников, на разработку и согласование основной идеи которого времени потребовалось совсем немного. Зато обсуждение конкретных оперативных деталей, на котором Михаил Николаевич уже не присутствовал, доверив эту часть сыщикам, вызвало серьёзные и долгие прения.

Предложенная Рудневым операция была непростой и требовала особой аккуратности исполнения, а суть её сводилась к тому, чтобы заставить всех известных и пока неизвестных участников приступного сговора занервничать и от того проявить себя.