Онлайн книга «Пантеон оборотней»
|
Когда первое потрясение, вызванное попыткой самоубийства помощника начальника тюрьмы, схлынуло, тюремные службы вспомнили о четырёх заговорщиках и принялись обрывать телефонную линию и слать депеши, пытаясь выяснить, кто и куда их увёз. Ни одна из запрашиваемых служб – ни судебные, ни полиция, ни жандармские, ни военные – не имели ни малейшего представления о местонахождении арестантов. Четыре члена Капитула будто растворились вместе с экипажем, кучером и тремя сопровождающими, которые оказались ряжеными. По горячим следам силами наружной полиции был установлен вероятный маршрут, которым ехали беглецы и который оборвался где-то возле Тверской заставы, из чего вытекал парадоксальный вывод, что ехали они не из Москвы, а, напротив, в центр города. Также в срочном порядке были допрошены дежурившие на станции телефонистки. Одна из них действительно подтвердила, что в обозначенное время имел место звонок из Бутырской тюрьмы, но на какой номер, девушка не помнила и подслушивать разговор из столь серьёзного и мрачного заведения не решилась. Это было всё, что смог рассказать доктор. Впрочем, большего из существенных деталей никто и не знал. Терентьев сделал попытку прорваться в кабинет Фролова, но ему воспрепятствовали и ясно дали понять, что, если он и его спутники немедленно не уйдут, их вышвырнут силой. Поняв, что настаивать бессмысленно, друзья покинули Бутырский тюремный замок. Выйдя из ворот, они обнаружили отсутствие казённой коляски, на которой приехали, и которая должна был их дожидаться, зато на противоположной стороне улицы стоял крытый Даймлер. При их появлении из автомобиля вышел Аркадий Францевич Кошко и сделал знак подойти. — Садитесь, господа, – отрывисто произнес начальник московского сыска и распахнул перед друзьями дверцу. – Живо. Вас ждут. Те, не задавая вопросов, подчинились. Некоторое время они ехали в полном молчании, потом Кошко спросил повелительным тоном, выказывая при этом свою осведомлённость о драматическом происшествии в Бутырке: — Что удалось выяснить про ситуацию с побегом? Анатолий Витальевич кратко и чётко доложил. — Высока вероятность, что события спровоцировал проведённый вами допрос, – сухо и безжалостно Аркадий Францевич облёк в слова тяготившую друзей мысль. – У вас есть предположения, что именно подожгло фитиль? Дмитрий Николаевич в свою очередь рассказал про вытекающий из анализа поведения Ютенштайна вывод о вовлеченности в историю профессора Шлау. Кошко выслушал, не перебивая, и далее разговор не продолжил. Тогда, выждав уважительную паузу, Терентьев спросил: — Куда мы едем, Аркадий Францевич? Начальник московской сыскной полиции бросил на помощника сердитый взгляд и буркнул в усы: — Узнаете… Более нарушать молчание никто не решился. Даймлер долго колесил по малым улицам и переулкам, словно выбирая самый затейливый и нелогичный путь, и наконец остановился перед аркой трёхэтажного доходного дома, зажатого между брандмауэром с одной стороны и глухой кирпичной оградой с другой. Кошко проворно вышел из автомобиля и мягкой неслышной походкой профессионального топтуна(жарг. агент наружного наблюдения)скользнул в арку. Друзья последовали за ним. Аркадий Францевич прошел через внутренний двор, нырнул за дровяной сарай и через дыру в заборе вывел своих спутников к чёрному ходу в какую-то низкопробную едальню. Не сбавляя шаг, он вошёл в дверь, из-за которой тянуло прогорклым постным маслом и прокисшими щами, протиснулся через узкий проход между какими-то ящиками и мешками и свернул в еле заметную нишу напротив входа на кухню. Оттуда вверх уходила темная крутая лестница, состояние ступеней которой было таким плачевным, что казалось, они того и гляди проломятся под ногой. |