Онлайн книга «Добыча лорда Эндрю Грегори»
|
— Ты пугаешь меня своим молчанием, Сандра, — муж заговорил тихо, так, чтобы не слышали солдаты, сидящие по другую сторону костра. — Почему ты… Эндрю, почему ты не ушёл от костра?! Тогда бы тебя не ранили! — Я понял, что ты сама не справишься, — с некоторым даже удивлением ответил он. — У новичков в бою тоже такое бывает: ступор… и боец становится лёгкой добычей. Как же я мог тебя бросить, Сандра. Ты — моя жена, ты — мать моих детей… — и после небольшой паузы ещё тише добавил: — Ты — свет моей жизни… — Я люблю тебя, Эндрю… Больше не было между нами пафосных слов или романтических признаний. Мой муж ласков, но совсем не романтик. Он честный, цельный и верный. Но я точно знаю, что вот эта готовность быть друг с другом до конца — она и есть любовь. В тот раз нам пришлось вернуться домой, но это было уже не важно. А дальше… Дальше время припустило как сумасшедшее! ПРОШЛО ЕЩЁ СЕМЬ ЛЕТ — Эндрю! Я так больше не могу! Сегодня оба без десерта! Муж оторвался от бумаг, сладко потянулся и с улыбкой спросил: — Что они ещё натворили? Даже Рыж, привычно дремлющий у его локтя, недовольно открыл глаза и потянулся с мявом, как будто желая выразить недовольство моей напрасной обеспокоенностью… Близнецы Марк и Шарлотта были моей бесконечной любовью и одновременно головной болью всего замка. Возможно, в этом и есть какая-то доля моей вины, но слишком уж тяжело мне далось рождение этих сорванцов, да и родились они такими крошечными и слабенькими, что я первые пять-шесть месяцев просто боялась спать, опасаясь за их жизнь. Но маленькими и слабыми они были только первые месяцы. Где-то к году они догнали и по весу, и по умениям обычных детей: переворачивались, хорошо держали головку, ползали, вставали в кроватке и пытались ходить. Первым пошёл Марк — ему был год, два месяца и девять дней. Шарлотта отстала от брата только на четыре дня. И вот практически с этого момента у их нянек закончилась спокойная жизнь. Эти непоседы лезли везде, где можно. И где нельзя — тоже! Регулярно пытались выбраться из детской, очевидно, чтобы самоубиться на высоких лестницах. А мысль убрать ужасные решётки с окон детской покинула меня очень быстро. Напротив, я периодически стала проверять крепость этих самых решеток, опасаясь, что без них брат с сестрой просто выпрыгнут со второго этажа, причём обязательно головой вниз. Страха в детях не было совсем. Впрочем, вся эта суета была предсказуема и ожидаема, но любила я детей просто безумно! И надо сказать, что малыши того стоили. Они были умненькие, ласковые и отзывчивые. В них не было злобы и даже особой вредности. Они росли, поддерживая друг друга всегда и во всём, и тот день, когда я сочла нужным развести их по разным комнатам, кончился таким горестным плачем брата и сестры, что я чуть не сдалась. Они были моей радостью и гордостью, а также — огромной занозой в попе. Слишком уж они были деятельны и любопытны. Нельзя сказать, что я начала думать об их обучении прямо с момента рождения. Нет, разумеется, я понимала, что учить детей надо, но считала, что поиски учителей — дело далёкого будущего. Вот только время летело так стремительно… Детям было чуть больше четырёх лет, когда в Англитании случилась какая-то странная и мутная история, связанная с отцами церкви. Всех подробностей я не знаю до сих пор, но, похоже, каким-то образом сыграло свою роль то, что в нашей голубянке жил тот самый ставленник короля — лакей по имени Эдди Брок. |