Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 55 – Натали Бескрылая

— Устав, — низко рокотнул он.

Голос прозвучал с такой драконьей силой, что вода в стекле дрогнула. Магистр прикусил язык.

А то я уже начала переживать, что в этом дворце только я умею злиться по существу.

— Устав много чего не предусматривает, — сказала я, пока Кезран решал, стоит ли спорить с императором, у которого под кожей проснулся дракон. — Например, яд на внутренней стороне гильдейских перчаток.

Перчатки уже были заперты в сейфе. Теперь меня интересовали бумаги, люди и тот аккуратный маршрут, по которому яд пришёл прямо к моим рукам.

Мира вошла тихо и застыла у порога.

— Входи, — сказала я. — С этого момента работаешь со мной в оружейной. Правило простое: всё чистое считаем подозрительным, всё сомнительное — опасным, всё с печатью — особенно опасным. Если я потянусь к чему-то правой рукой — бей меня по пальцам.

Мира моргнула. Потом очень осторожно посмотрела на Иртана.

Нормальная реакция: не каждый день служанке предлагают официально бить Свидетеля при императоре.

— Она серьёзно, — подтвердил Иртан, и Мира выпрямилась так быстро, будто ей вставили в спину линейку.

Бедная Мира. Утром застилала постели, к обеду уже официально назначена палачом при враче и драконе. Я бы на её месте тоже выпрямилась.

— Ваше Величество, — сказала я, — не разрушайте мою дисциплину с таким лицом.

— Я её поддерживаю.

— Вы только что разрешили служанке бить меня по пальцам.

— В медицинских целях.

— Чудно. Теперь у меня есть император вместо инструмента и служанка вместо палача. Лечение мечты — о таком пишут в учебниках. В разделе осложнений.

Гелвин кашлянул — на этот раз точно не от простуды. Кезран, к сожалению, был сделан из более прочного материала и даже бровью не повёл, хотя главный рычаг давления у него только что выбили из рук.

А Иртан просто смотрел на меня. Не на Кезрана, не на бумаги, не на перчатки. На меня — и под этим взглядом всё моё ёрничество как-то разом скисло.

— Анна остаётся Свидетелем. Её распоряжения выполняются. Моё тело под контроль Гильдии не возвращается.

На слове «моё» во рту опять стало сухо.

Невыносимый мужчина при свидетелях отдал себя под мой протокол — и сделал вид, что это рядовая административная мелочь.

Я сделала вид, что поверила.

— Я обязан зафиксировать особое мнение Гильдии, — произнёс Кезран после паузы. — Если состояние Его Величества ухудшится из-за нового порядка, ответственность ляжет на госпожу Свидетеля.

Вот и капкан. Не получилось забрать Иртана сейчас — оставил бумагу, которой потом можно ударить по мне. Чисто, аккуратно, с местом для печати. Местная бюрократия резала не хуже скальпеля — особенно когда держали её не те руки.

— Зафиксируйте полностью, Магистр, — сказала я. — Что после отравления Свидетеля через гильдейский комплект вы предложили вернуть Гильдии доступ к телу пациента. Мне будет приятно перечитать эту формулировку, когда мы доберёмся до вашего архива.

Пауза. Угрозу поняли оба.

А Гелвин, кажется, мысленно уже завёл под это дело отдельное досье и пришлёпнул сверху красную метку: «Не трогать без меча».

— Вы слишком смелы для женщины, чьи руки сейчас едва слушаются, — произнёс магистр.

— А вы слишком спокойны для главы Гильдии, чей комплект едва не сделал из меня посмертную сноску к вашему уставу.

Кезран бросил взгляд на перчатку — всего на долю секунды, но мне хватило.