Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 95 – Ангелина Сантос

Наверху загорелась гостиница. Дым пошёл по вентиляции. Лорс закрыл заслонку, отделяя дом от гнезда. Плотники разбирали часть крыши, чтобы огонь не перешёл на жилое крыло.

В погрузочный тоннель бросили пакет серой соли. Мешки с песком задержали порошок у входа. Ив и двое работников засыпали его землёй, не смывая в канал.

Подготовка работала.

Люди всё равно получали раны. Келю рассекло плечо осколком двери. Один городской стражник обжёг руки. Повариха упала с лестницы. Никто не покинул место без смены.

Колокола прозвучали в третий раз.

Четвёртое яйцо треснуло.

Линия пошла по тупому концу, но сразу остановилась. Изнутри показалась тёмная влажная оболочка. Она не лопнула. Движение под ней ослабло.

— Началось, — сказала Несса. — Если оболочка не разорвётся после трёх толчков, режем.

Первый толчок.

Второй слабее.

Третьего не было.

Я надела перчатки. Несса расширила трещину деревянными клиньями. Мара держала часы. Подавляющий звон продолжал идти через камень.

— Режу оболочку, — сказала Несса.

— Согласна.

Она сделала короткий надрез. Из яйца хлынула горячая жидкость. Внутри показалась маленькая морда, покрытая серой плёнкой. Драконёнок не вдохнул.

— Нужен огонь, — сказала Несса. — Слабый постоянный, чтобы запустить лёгкие.

Рейнара не было.

В гнезде не находилось другого взрослого дракона. Селина лежала в доме с нестабильным сердцем, её огонь был связан реагентом. Использовать её означало риск для двоих.

— Горячие камни, — решила я. — К ложу, не к скорлупе. Поднять воздух на две десятых.

Работники выполнили. Драконёнок дёрнул передней лапой, но не вдохнул.

Колокола замолчали внезапно.

Через минуту Рейнар вернулся. Рубашка на левом плече была разорвана. Рука до локтя покрылась тёмно-красной чешуёй, пальцы превратились в когти. По свежему шву расползалось кровавое пятно.

— Повозка разрушена, — сказал он.

— Где Томас?

— Пошёл за Корвином. На повозке было четыре колокола и два мешка соли. Охранники держали круг. Я не смог подойти человеком.

— Поэтому использовали форму.

— Только руку и плечо. Сломал переднюю ось, Томас перерезал верёвки. Колокола упали в канаву с песком.

— Вас ранили?

— Шов разошёлся при изменении кости. Меч не задел.

Несса сняла с его плеча обрывок ткани. Под чешуёй, которая уже втягивалась в кожу, виднелась свежая кровь.

— Это вы называете «не ранили»? — спросила она.

— Это сделал я сам.

— Тем хуже. После вылупления зашью. Если доживёте до конца разговора.

— Что вы сделали?

— Сломал ось.

— Формой.

— Частичной.

— Несса запретила.

— Колокола молчат.

— Кассен! — крикнула она. — На ложе. Сейчас спорить некогда.

Он подошёл. Чешуя на руке начала сходить, оставляя ожоги. Рейнар увидел морду в трещине.

— Жив?

— Сердце есть. Дыхания нет. Нужен слабый непрерывный огонь. Отзовёте согласие при боли или холоде.

— Согласен.

— Разрешаю поднести обе ладони к каменному ложу. Скорлупы и детёныша не касаться. Огонь минимальный, по моей команде.

Он опустил руки.

Красный свет появился не сразу. Сначала слабая искра, потом ровное тепло пошло в камень. Рейнар дрожал. Кровь пропитывала повязку.

— Держите.

Я настроила один камертон на сердечный ритм детёныша. Не полный контур. Только слышимость собственного ответа.

Левое ухо снова пронзило боль. По шее потекло тёплое. Мара увидела кровь и подняла ладонь.