Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 96 – Ангелина Сантос

— Не останавливайте, — сказала я. — Слышу правым. Левый инструмент уберите.

Кель снял второй камертон деревянными щипцами. Я продолжила одним.

— Огонь ровнее.

Рейнар выдохнул. Тепло перестало дрожать.

Драконёнок открыл пасть.

Первый вдох вышел булькающим. Несса очистила ноздри и рот. Второй был глубже. На третьем из маленькой пасти вырвалась голубоватая искра.

— Стоп огонь, — сказала я.

Рейнар погасил сразу и опустился на пол.

Детёныш сам разорвал остаток оболочки. Передние лапы показались первыми, затем сложенные мокрые крылья. Он весил около десяти фунтов, чешуя была серо-красной, вдоль хребта шла чёрная полоса.

Я слушала его ритм.

Двойной спад дома Кассен. Чистый основной удар. Запаздывающего третьего больше не было: он остался в скорлупе и реагенте, не в ребёнке.

— Кассен? — спросил Рейнар.

— Родовой рисунок совпадает предварительно. Подавляющего импульса нет.

Он не потянулся к детёнышу.

— Свободный, — сказал он.

— Да.

Наверху продолжался бой.

Я могла передать детёныша Нессе и побежать за Корвином. Могла лично искать приказ, защищать документы, проверять, кто поджёг гостиницу.

Осталась у ложа.

Новорождённый дышал неровно. Его нельзя было оставлять ради погони. Роэн уже умел сражаться без моего контроля.

Через полчаса по доске ударили один длинный сигнал.

Опасность миновала.

Томас вошёл в гнездо с рассечённой губой.

— Корвин задержан у восточной дороги. При нём приказ Северина: «прекратить незаконное вылупление, изъять жизнеспособный образец и свидетеля Орс». Подпись и личная печать.

— Пристав?

— Сдался городской страже, когда увидел настоящий текст. Говорит, ему показывали только приказ о лечении.

— Ирэна?

— Ушла с тремя всадниками. Ищут.

— Потери?

— Наших погибших нет. Трое тяжело ранены, девять легко. У нападавших один погиб при падении со стены, пятеро ранены, двенадцать задержаны. Остальные ушли.

Несса уже перевязывала Рейнара. Частичная форма разорвала часть шва и обожгла левую руку, но сердечный канал не остановился.

— Вы будете лежать месяц, — сказала она.

— До Конвокации четыре дня.

— Тогда лежать будете в дороге.

Я приложила ткань к левому уху. Кровь шла из небольшого разрыва, слух исчез. Правым я слышала.

Детёныш попытался встать и завалился на бок. Несса положила вокруг свёрнутые полотна. Он зацепился когтями за край, поднял голову и чихнул искрой в песок.

Кель засмеялся, держась за перевязанное плечо.

Мара записала время рождения: три часа сорок четыре минуты ночи, сорок пятый день.

Хартия была выполнена.

К утру половина крыши гостиницы сгорела, два бассейна заполнились золой, северные ворота висели на одной петле. В гнезде лежали три живых дракона: один снаружи скорлупы, два внутри.

Корвин сидел под стражей. Приказ Северина находился у Арлена. Селина подтвердила, что останется и поедет на Конвокацию.

Рейнар спал под лекарством. Я слышала только правым ухом и каждые десять минут проверяла дыхание детёныша.

До Конвокации оставалось четыре дня.

Впервые срок работал на нас.

Баржу выбрала Мара.

— На дороге вас ждут, — сказала она. — В воздухе Рейнар не полетит. По реке три дня, одна таможня и ни одного Пепельного поворота.

— У баржи нет тёплого гнезда.

— Будет.

Она превратила грузовую каюту в переносную тёплую комнату. Плотники построили низкое каменное ложе на песчаном основании. Внутри проложили медные трубки, по которым циркулировала вода из закрытого бака. Двенадцать горячих камней менялись по четыре каждые три часа.