Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 92 – Ангелина Сантос

Мы записывали показания два часа с перерывами. Она описала каждый сеанс, вкус капель, колокольные удары, присутствие Дарена и слова Северина. Там, где не помнила, говорила «не помню». Где делала вывод, называла его выводом. Арлен не позволял превращать страх в точность, которой не было.

После записи Несса взяла кровь с отдельного добровольного согласия. Сравнила с высохшим образцом из флакона. Белковая полоса совпала по семи признакам из восьми. Вторая полоса принадлежала другому дракону.

— Для точного сравнения нужна кровь Дарена, — сказала она. — Но теперь доказано, что состав из запечатанной храмовой партии содержит кровь Селины.

Флакон, который она оставила прежде, имел тот же номер. Цепочка замкнулась через второй, официально переданный образец.

Рейнар вошёл только после того, как Селина разрешила.

Он остановился у двери.

— Томас сказал, вы видели Сая Марена.

— Да. Он живёт в храмовом крыле под именем лекаря Мира.

— Узнаете на слушании?

— Узнаю.

— Он был на заставе Кассен.

— Знаю из журнала. Там есть его запись о пяти образцах с остаточным откликом. Рядом слово «утилизированы».

Рейнар закрыл глаза на секунду.

— Спасибо, что принесли.

— Я принесла не для вашего оправдания.

— Понимаю.

— Для себя. И для тех четырнадцати.

— Тем более.

Он вышел.

Селина посмотрела на меня.

— Вы его не простили.

— Это тоже не относится к лечению.

— Теперь понимаю, почему вы отвечаете так.

К вечеру температура снизилась на полградуса. Метка оставалась чёрной, но третий удар стал слабее после первой уменьшенной дозы. Несса не обещала полного восстановления. Смесь могла повредить сердечный канал навсегда.

Мы поселили Селину в комнате рядом с Нессой. У двери дежурила городская стражница, выбранная ею самой. Окно выходило во внутренний двор. Путь к конюшне оставили свободным.

— Я не пленница? — спросила Селина.

— Нет. Можете уйти, когда сможете стоять. Стража защищает и выполняет только ваши просьбы.

— Даже если я захочу к Дарену?

— Даже тогда.

Она кивнула и впервые уснула без храмовых капель.

Ночью на северной дороге появились огни.

Томас поднялся на башню и вернулся с подзорной трубой.

— Двадцать два всадника, две крытые повозки. Храмовые плащи сняты, но построение храмовой охраны.

— Сколько времени? — спросила я.

— До утра будут у развилки. Если идут быстро — раньше.

Арлен проверил свои приказы.

— У них может быть столичное предписание забрать Селину как похитительницу документов.

— Она свидетель под вашей защитой.

— Для столицы мой приказ ниже по силе.

Рейнар развернул карту Роэна.

— Значит, спорить будут после того, как войдут.

— Не войдут, — сказала я.

Мы закрыли гостиницу для новых постояльцев, вернули авансы и вывели посетителей в деревню. Работники заняли подготовленные места. Тёплые каналы перевели на внутренний контур. Документы снова разделили.

Роэн не был крепостью. Стена доходила человеку до груди, ворота выдержали бы один удар тарана, а из двадцати семи работников оружием владели шестеро. Поэтому Рейнар отказался строить защиту вокруг боя.

— Наша цель — задержать до прибытия городской стражи, — сказал он. — Не преследовать. Не выходить за стену. Если ворота падают, отступаем к дому и гнезду по двум маршрутам.

Он чертил план сидя: Несса запретила долго стоять. Томас распределял охранников. Лорс отвечал за купальню и заслонки, Ив — за конюшню, Кель — за сигналы.