Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 11 – Ангелина Сантос

— Я встретил истинную. От этого не отказываются.

— Ты встретил женщину, связь с которой три месяца готовил храм. Она едва стояла после проверки, у неё был свежий след инъекции.

Лицо Дарена изменилось. Ненадолго, но достаточно.

— Укрепляющий состав безопасен.

— Откуда ты знаешь, что я имею в виду?

Он взял договор.

— Я не обязан оправдывать перед тобой медицинский протокол Селины.

— Уже нет.

Дарен дошёл до двери и остановился.

— После подписи пути назад не будет.

— Вчера ты об этом позаботился.

Он вышел, не попрощавшись.

Секретарь принёс поднос. Я съела кусок хлеба, пока советник возвращал бумаги в порядок. Чай оказался слишком крепким, сыр — пересоленным. Обычная еда помогла лучше, чем предложенный городской дом: после нескольких глотков цифры перестали расплываться.

Мы разбирали акт ещё два часа.

Я внесла в приложение право требовать первичные счета по каждому долгу, доступ ко всем строениям Роэна и запрет на извлечение скорлупы до личного осмотра новой владелицей. Советник возражал против последнего пункта. Я сослалась на обычное правило сохранности залога. Он проверил справочник и уступил.

Потом я подписала акт.

Синяя папка стала моей. Серая тоже.

— Уведомление в Каменистую Марку отправит палата, — сказал советник. — Но из-за дальности оно придёт после вас, если вы выедете завтра.

— Я отправлю копию платным курьером сегодня.

— Кому?

— Имперскому магистрату Белого Брода. Кто сейчас занимает должность?

— Арлен Вес.

Я знала имя по судебным сводкам. Арлен не любил храмовые исключения и с одинаковым усердием штрафовал крестьян, военных и младших служителей. Это ещё не делало его союзником. Зато повышало шанс, что он прочтёт акт до конца.

В бывший дом я вернулась после полудня.

Главные ворота были открыты. Во дворе меняли флаги перед вечерним приёмом в честь Дарена и Селины. Синий стяг Вайренов натягивали над центральным балконом; рядом готовили место для знамени Орс.

Старший камердинер встретил меня у лестницы.

— Госпожа Эстен, лорд распорядился выделить людей для упаковки.

Он произнёс новую фамилию без запинки. Профессионализм иногда напоминал нож: чисто отделял вчерашнее обращение от сегодняшнего.

— Мне нужны две горничные и четыре пустых сундука. Остальные пусть готовят приём.

— Ваши личные украшения уже внесены в опись.

— Я проверю сама.

В западных комнатах пахло открытыми шкафами и лавандой. На кровати лежали платья, разложенные по принадлежности. Слева — купленные на мои деньги или подаренные родителями. Справа — заказанные домом Вайрен для официальных мероприятий. Правую половину я велела убрать обратно.

Зелёное платье, которое я носила вчера, шили к годовщине дома. Я велела оставить его Вайренам, хотя горничная напомнила, что оно подогнано по моей фигуре.

В шкатулке лежали свадебные серьги, два ожерелья от Дарена, браслет его матери и небольшая горсть украшений, которые я покупала сама. По закону подаренное принадлежало мне, кроме родовых вещей. Я отделила браслет с гербом и положила на стол. Остальное забрала. Продажа части украшений даст деньги на дорогу и первые расходы Роэна.

Из кабинета я вынесла счета личного фонда, письма родителей и коробку с инструментами.

Замок на коробке заедал. Я поддела язычок ножом для бумаг и подняла крышку. На синем войлоке лежали три отцовских камертона, рабочие щипцы, серебряные нити и кожаные подушечки. Металл потемнел, но коррозии не было.