Книга Между любовью и ненавистью, страница 189 – Шейн Роуз

— Потому что на подготовку уходит много времени.

— Сколько? – Он нахмурился.

— Не знаю. Наверное, около года. Нужно разослать приглашения и…

— Я не намерен ждать целый год, чтобы жениться на тебе, кексик, – прорычал он. – Зачем нам устраивать пышную свадьбу, когда в твоем распоряжении целый курорт и весь персонал, который организует праздник? Выходи за меня этим летом.

— Доминик, а если твоя семья не успеет приехать? – улыбнулась я, хотя в глубине души тоже не горела желанием тянуть со свадьбой.

— Клара, моя семья не дает мне ни секунды передохнуть, и на свадьбу они точно приедут. Мы поженимся через три месяца.

— А если мне захочется пригласить определенную группу? Они ведь могут быть заняты, – заметила я, специально поддразнивая его.

— Я достану любую группу, певца или певицу. Позволь кому-то другому заняться организацией. Вообще-то я сам обо всем позабочусь. Не хочу, чтобы ты нервничала.

Я ощутила, как он возбуждается, прижавшись ко мне.

— Или ты хочешь, чтобы я сосредоточилась на других делах? – Я выскользнула из его объятий и взяла последний поднос с пирожными, чтобы убрать в холодильник. – Ты ведь согласишься открыть еще четыре мои пекарни? И мы запустим продажу маковых пирожных по всей стране, да?

Доминик уставился на открытый холодильник и указал на них:

— Дай мне маковое пирожное, и я подумаю, – произнес он так, будто действительно имел право выбирать.

За минувшие несколько месяцев Доминик стал свидетелем моего стремительного, почти головокружительного взлета. Всякий раз, стоило мне разнервничаться, он твердо повторял:

— Прими этот успех, Клара. Люди ценят тебя и твои изделия. Пора и тебе наконец оценить себя по достоинству.

Я едва начала этот путь: вела переговоры с крупными брендами, продвигала свой продукт в нужные руки и без колебаний отказывала, если испытывала хоть малейшее неудобство. Все это я проделывала в одиночку, а Доминик наблюдал со стороны, не переставая улыбаться.

Я притворилась, будто всерьез обдумываю его слова, поигрывая с подвеской в форме пирожного.

— Сомневаюсь, что ты заслужил пирожное. Ты ведь не вручил мне подарок.

— Подарок? – переспросил он.

— Видишь, на мне твоя подвеска? – тихо сказала я и покосилась на его руки.

Он в замешательстве окинул взором мою шею, но, сообразив, куда я смотрю, тут же расплылся в ухмылке. Доминик сжал и разжал пальцы, а затем провел ладонью по моей шее.

— Я собирался дождаться, пока мы окажемся дома. Но теперь все, чего я хочу, – это свою жену в ее пекарне, чтобы она принимала мой член. Я готов согласиться на что угодно, лишь бы прямо сейчас получить то, чего жажду.

Я хмыкнула:

— Хорошо, но дорожка из цветов на нашей свадьбе обойдется тебе в миллионы. – Я приподняла юбку, удерживая его взгляд через плечо, и, наклонившись, слегка выгнула спину.

— Мне плевать, кексик. Можешь требовать все, что душе заблагорассудится, только и дальше принимай его, – рассмеялся Доминик.

— Ну, хотя бы ты это признаешь, мой будущий муж, хотя бы признаешь.