Книга Отдайте ее мне!, страница 32 – Ольга Авдеенко

— Конечно, не беспокойтесь.

— О, я забыла в холле папку с эскизами приглашений! — вдруг озабоченно пробормотала Патрисия.

Заметив, что Лорейн, выразительно подняв тонкие брови, смотрит на папку, которая лежит у нее на коленях, девушка добавила:

— Я перепутала — в этой мои учебные работы. Идемте, инспектор, заодно я вас провожу.

— Зачем, дорогая мисс Кроуфорд? — запротестовал Саттерфилд. — Я пошлю лакея!

— Нет-нет, он не найдет! Я сейчас вернусь!

Инспектор попрощался, и они с Патрисией вышли из гостиной.

— Я велю подать чай, — сказал банкир. — Это скрасит наше совещание.

— Прошу простить, — сказала Лорейн, вставая. — Раз уж у нас возникла пауза, я тоже отлучусь на минуту. Мне срочно нужно дать поручение моей камеристке, иначе я потом забуду.

— Не задерживай нас, дорогая.

— Не волнуйся, дорогой!

— Почему вы разговаривали с ним так, словно в чем-то подозревали? — напустилась Патрисия на инспектора Найта, когда они шли по коридору. — Это невежливо!

Тот хотел сказать, что Саттерфилд тоже не отнюдь обласкал его дружелюбием, но сдержался.

— Он достойнейший человек, щедро жертвует на благотворительность! — не унималась девушка. — И к тому же весьма эрудирован, если вы успели заметить.

— Извините, мисс Кроуфорд, — миролюбиво сказал инспектор. — Видимо, это профессиональная привычка — сомневаться в том, что еще не подтверждено.

Патрисия взглянула на него задумчиво и замолчала. Она заговорила, только когда они спустились в холл, и уже гораздо мягче:

— Наверно, эта ваша привычка мешает вам видеть в жизни хорошее. Вы всегда во всем ищете плохое.

— Нет, далеко не всегда и не во всем, — возразил инспектор, с удовольствием глядя в ее зеленые глаза, полные такого глубокого и искреннего сочувствия, что хоть плачь — хоть смейся.

— Мне так жаль! — вздохнула девушка, не слушая его. Она вдруг оживилась: — Знаете что? После того, как вы раскроете это дело, я приглашаю вас в Национальную галерею!

— Спасибо, с удовольствием, — согласился Найт, приятно удивленный.

— Отдохнете душой, когда будете смотреть на Тернера, Гейнсборо…

— … и констеблей.

— Не лукавьте! — рассмеялась Патрисия. — Никогда не поверю, что вы не знаете, кто такой Джон Констебль!

Инспектор насмешливо шевельнул бровью, огляделся и сказал:

— Я не вижу никакой папки.

— Потому что ее здесь нет. Она вот, у меня с собой.

— Так вы обманули достойнейшего человека? — притворно ужаснулся Найт.

— Разве это обман? — удивилась девушка. — Всего лишь невинная уловка, чтобы поговорить с вами наедине. Мистер Саттерфилд получит эскизы на пять минут позже — только и всего.

Найт, сдерживая смех, упрекнул ее:

— Мисс Кроуфорд, разве вас не учили говорить правду?

— Я всегда говорю правду.

— Неужели?

— Да. За исключением случаев, когда можно обойтись без нее.

— Вот как? И много ли, по-вашему, существует таких случаев?

— Достаточно. Вот сейчас, например: зачем мистеру Саттерфилду знать, что мне не понравилось то, как вы с ним разговаривали? Это лишнее. Иногда правду следует придержать, чтобы никому не навредить, не напугать, не обидеть… да мало ли зачем еще! Я думаю, многие честные люди так поступают — это ведь совсем не то, что солгать. Между прочим, сами вы обманули мистера Саттерфилда!

— Неужели?

— Да, вы сказали ему, что убийство Рамоны Дэвис не связано с испанским наследством!