Онлайн книга «Искатель, 2010 №3»
|
Дальше шествовало еще человек десять, все в затрапезных поношенных юбках, с длинными нестрижеными космами и почерневшими от солнца лицами. Замыкающий процессию путник вел на поводу измученного дряхлого осла, под завязку груженного разными вещами и бурдюками с водой. Они шли, негромко распевая какую-то песню, с детским восторгом озираясь вокруг. Заметив купеческий караван, старик остановился и грянул посохом оземь. — Привет вам, о благородные скитальцы! — провозгласил он, направив на них указующий перст. — Поведайте нам, кто вы, откуда и какому поклоняетесь богу. — Привет и тебе, почтеннейший друг, — ответил глава каравана, подъезжая к нему на осле. — Мы — эблаитские купцы, держим путь на родину, куда везем различные товары, дабы насытить наш народ и возвеселить душу его правителя. Поклоняемся мы Дагану[45], коего почитаем за творца жизни и неиссякаемый источник всевозможных благ для нашего города. — Воистину блаженны вы, ибо обращены ликом к истинному богу, — похвалил их старик. — Посему не сквернословьте, не прелюбодействуйте и не желайте имущества ближнего своего, ибо это есть мерзость пред очами господа нашего. — Вдруг лик его посуровел. — А иным богам не поклоняетесь ли? Купец улыбнулся. — Почитаем также солнцеликого Шипиша, грозного Хаду, могучего Дабира и многих других, что ниспосылают нам пропитание и кров, даруя удачу в тяжких трудах наших. — И это хорошо. А Адамму, Мика-илу, Дубуху и прочим демонам не приносите ли жертвы? — не унимался строгий старик. — Случается, — насмешливо признался торговец. — Отрекитесь! Прочь, прочь! Избавьтесь от скверны. Сие есть богомерзкое прельщение хурритское. Отвергните его всею душою вашей, ибо негоже пречистым сынам Эблы входить в порочные сделки с грязными духами отверженного народа. Сбросьте покровы с очей ваших, очистите длани от нечистот, налипших на них, откройте разум ваш для восприятия истины, рекомой посланниками божиими, и да прольется все изобилие земное на поля ваши и закрома ваши, да наполнятся колодцы ваши свежайшею водою, дабы нести насыщение посевам и радость всем живущим. Если же будете упорствовать в кривде своей, не будет вам покоя ни на земле, ни под нею. Во веки вечные обречены будете вы влачиться изъязвленными стопами по пустыне, нигде не находя отдохновения. В неизбывном голоде будут пребывать утробы ваши, неисчислимые хвори поразят тела ваши, а жены ваши будут приносить на свет только мертворожденных... — Чудишь, старик? — рассердился купец, трогая осла. — Мы исправно служим нашим богам. Не тебе, голопузому и плешивому, учить нас истине. Посторонись-ка, не то познакомишься с моей плеткой. Старик побледнел от гнева, но дорогу уступил. Караван двинулся с места, а нищий кликуша продолжал юродствовать, призывая громы и молнии на головы нерадивых сынов Эблы. Стоявший за ним человек снял со спины корзину и вытащил оттуда небольшую керамическую статуэтку ящероголовой женщины с ребенком на руках. Подняв ее над головой, он с безумным видом уставился на проезжающих мимо людей. Остальные участники процессии с новой силой завели свои песни, прихлопывая в ладоши и покачиваясь телами. Долго еще до ушей торговцев доносились их нестройные голоса и яростные угрозы сумасшедшего старика. Когда они отдалились на достаточное расстояние, Гильгамеш спросил у предводителя каравана: |