Книга Громкий шепот, страница 55 – Мари Милас

— Такое чувство, что еще в академии танца. – Он выдерживает напряженную паузу. – Твои волосы. Они заставили меня забыть всех девушек, встречавшихся раньше. Но одну я так и не смог выбросить из головы. Ведь она была юной версией тебя. – Макс тяжело вздыхает, а затем насмешливо продолжает: – До последнего мне казалось, что это просто какая-то шутка, поэтому я старался не торопиться с выводами. Окей, возможно, торопился. Неважно, – бормочет он себе под нос. – Со временем я сложил все безумные совпадения, но последним кусочком пазла стали ромашки. А потом мы все оказались в криминальном сериале.

Я рассматриваю рисунок цветов на чехле своего телефона и понимаю, что, возможно, тоже до последнего намеренно не обращала внимания на странные отголоски воспоминаний.

Отправляю ему листок со своим ходом и обдумываю следующий вопрос. Макс, как всегда, логичен во всех доводах, поэтому очередной раз лишает меня слов. Чертов адвокат с вежливым мастерством затыкает мне рот.

— Опережая твой вопрос: я пытался рассказать, но все работало против нас. Алекс. Больница. Фальшивый брак и уйма поддельной документации, которую нужно было, – он задумывается, – качественно подделать.

Смешок срывается с его губ, и я не могу сдержать улыбку.

— А потом ты узнала правду об этом мудаке, и я хотел дать тебе время. Наша детская вл… встреча? – то ли спрашивает, то ли утверждает Макс хриплым голосом, пока по моей коже не перестают бегать мурашки. – Она казалась не самой важной темой для разговора.

Мы продолжаем передавать листок с ходами, и секунда тишины начинает казаться слишком затянувшейся. Я сглатываю ком в горле, прежде чем закрыть глаза и произнести:

— Прости за мою утреннюю истерику. Мне нужно было ответить, что… я тоже ждала тебя каждую осень. – Чувствую, как сердце совершает кувырок от этого странного признания. – Видимо, у нас проблемы с притяжением, раз мы так и не встретились.

Вижу, как ладонь Макса опирается на пол и его мизинец появляется в зазоре двери. Я медленно протягиваю свою ледяную, немного дрожащую руку. Мой мизинец и ребро ладони соприкасаются с теплой кожей Макса. Клянусь, этот человек – ходячая грелка.

Воздух застревает где-то на выдохе. Это лишь потому, что нужно открыть окно и проветрить этот дерьмовый день, а не потому, что Макс высосал из моих легких весь кислород одним своим мизинцем. Верно?

— Прости меня, иногда я бываю тупицей, – признается он серьезным тоном.

— Иногда я бываю сукой, но за это извиняться бесполезно, – хихикаю я.

Я слышу глубокий хриплый смех с протяжным «хах», как будто его обладатель вышел из восемнадцатого века. Звук подобен гречишному меду на языке. Не приторно, но вызывает оргазм всех рецепторов. Это запускает помехи в некоторых отделах моего мозга. Он всегда так смеялся? Или я просто люблю сладкое?

Макс передает мне лист бумаги.

— Ты выиграла.

— Я знаю, что ты мне поддался. Нечестная игра, Макс. – Я перехожу от ехидства к праведности.

— Может, с годами я растерял навыки, – усмехается он и, я в этом уверена, пожимает одним плечом.

— Значит ли это, что ты должен мне любое желание? – спрашиваю я с неприсущей мне робостью.

Макс переплетает свой мизинец с моим.

— Множество желаний.

Чувствую, как румянец поднимается от шеи к щекам. Я никогда не краснею.