Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 73 – Алекс Скай

Слова прозвучали тише, чем я хотела. Но ровно.

Кирилл смотрел на меня.

В его лице мелькнуло что-то болезненное. Быстро. Почти незаметно. Но я уже умела замечать трещины в масках.

— А если я не путаю? — спросил он.

Вот теперь воздух исчез окончательно.

Я отвела взгляд первой.

— Тогда тем более не надо делать это на балконе после танца, бывшей и благотворительного вечера, где половина зала готова принять любой наш вдох за официальное заявление.

— Арина.

— Нет. Послушайте. Я не хочу быть вашим красивым импульсом после удачного вечера. Не хочу потом думать, что это было частью роли, частью напряжения, частью сделки или способом доказать самому себе, что вы умеете быть живым.

— Это не роль.

— Я хочу верить.

— Тогда верьте.

Я рассмеялась тихо, почти грустно.

— Вот так просто?

— Нет. Не просто. Но я не знаю другого способа сказать.

— А я не знаю, как поверить мужчине, который ещё вчера сам не понимал, где у него стратегия, а где я.

Он принял это.

Не сразу, но принял.

— Значит, я должен показать.

— Да.

— Временем?

— Поступками.

— И без поцелуя?

Я посмотрела на него.

Вопрос был серьёзный, но в уголках его глаз уже мелькала осторожная попытка вернуть юмор. Не спрятать боль. Просто не давить на неё.

— Без поцелуя, Ваше Корпоративное Высочество.

— Даже бронзовой звёздочки не будет?

— За то, что остановились сразу, будет серебряная.

— Прогресс.

— Не обольщайтесь.

— Поздно.

Мы стояли на балконе ещё несколько секунд.

Потом из зала донёсся голос Антона Орлова:

— Кирилл? Арина? Вас потеряли.

Я закрыла глаза.

— Вот и реальность.

— Пойдём?

Кирилл протянул руку.

Не настойчиво.

Не как право.

Как вопрос.

Я посмотрела на неё.

Потом вложила свою ладонь в его.

— Пойдём. Но предупреждаю: если Вероника спросит, где мы были, я скажу, что обучала вас не целовать консультантов в рабочее время.

Он тихо рассмеялся.

— Это почти правда.

— Лучшие светские ответы всегда почти правда.

Мы вернулись в зал вместе.

И я знала: ничего не стало проще.

Наоборот.

Вероника всё ещё была там. Вадим, возможно, уже получал удовольствие от новых наблюдений. Партнёры наверняка видели, как мы вышли на балкон. Заголовки могли родиться из любого взгляда.

Но когда Кирилл шёл рядом, не впереди, не таща меня за собой, а именно рядом, я впервые подумала: возможно, правило первого танца не в том, чтобы не сбиться с шага.

А в том, чтобы понять, кто остановится, если ты скажешь «нет».

И Кирилл остановился.

Вот только от этого становилось не безопаснее.

А намного страшнее.

Потому что теперь я знала: он умеет не только хотеть.

Он умеет ждать.

Мы вернулись в зал вместе.

И я знала: ничего не стало проще.

Наоборот.

Вероника всё ещё была там. Вадим, возможно, уже получал удовольствие от новых наблюдений. Партнёры наверняка видели, как мы вышли на балкон. Заголовки могли родиться из любого взгляда.

Но когда Кирилл шёл рядом, не впереди, не таща меня за собой, а именно рядом, я впервые подумала: возможно, правило первого танца не в том, чтобы не сбиться с шага.

А в том, чтобы понять, кто остановится, если ты скажешь «нет».

И Кирилл остановился.

Вот только от этого становилось не безопаснее.

А намного страшнее.

Потому что теперь я знала: он умеет не только хотеть.

Он умеет ждать.

И именно поэтому остаток вечера я провела так, как обычно ведут себя женщины, которые только что почти позволили мужчине себя поцеловать на балконе, а потом героически вспомнили про контракт, репутационные риски и собственный разум: улыбалась, говорила правильные слова и держалась от Кирилла на расстоянии не меньше двух шагов.