Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 42 – Алекс Скай

Я молчала.

Потому что это было не то, что я ожидала услышать.

Он не сказал «полезный специалист». Не сказал «выгодный фактор». Не сказал «личная стабильность».

Он сказал «женщина».

И всё равно этого было недостаточно.

— Цена не должна быть только моей, — сказала я.

— Не будет.

— Докажите.

Он кивнул.

— Сегодня в десять совет директоров. Я обозначу ваш официальный статус и запрещу любые внутренние спекуляции.

— Запретите слухи? Серьёзно?

— Нет. Но объясню последствия.

— Звучит угрожающе.

— Это и должно звучать угрожающе.

— Кирилл.

— Арина, если кто-то в моей компании решит обсуждать вас как объект, а не как профессионала, это будет не вопросом слухов, а вопросом деловой пригодности.

Я смотрела на него и снова чувствовала то опасное смещение внутри, которое началось вчера за столом, когда он сказал Нине Павловне, что мне не нужно себя уменьшать.

Он защищал меня.

И это злило, потому что усложняло мою злость.

— А снаружи? — спросила я.

— Снаружи я не дам комментариев без вашего согласия.

— И если я скажу опровергать?

— Опровергнем.

— Даже если это ухудшит переговорный фон?

Он выдержал паузу.

— Да.

Вот это «да» стоило ему усилия.

Я видела.

И именно поэтому оно прозвучало весомее любого обещания.

— А если я соглашусь на нейтральную позицию? — спросила я. — Не подтверждать, не опровергать, появляться только там, где это связано с работой.

— Тогда я увеличу гонорар.

— Я не закончила.

— Слушаю.

— Не за роль невесты. За репутационные риски, дополнительное сопровождение, публичные мероприятия и кризисную коммуникацию.

— Разумеется.

— В договоре будет отдельный пункт: я не обязана изображать чувства.

— Хорошо.

— Я не обязана касаться вас, держать за руку, стоять рядом ближе, чем мне комфортно, улыбаться на камеру или отвечать на личные вопросы.

— Хорошо.

— Если ваша мать начнёт выбирать скатерти, вы останавливаете её сами.

— Это самое сложное условие.

— Тем более внесём первым.

В его глазах мелькнуло что-то живое.

— Лика оценит.

— Лика сделает копию и спрячет в папку «Святое-2».

— Боюсь, такая папка уже существует.

— Умная женщина.

— Слишком умная. Благодаря вам она вышла из-под контроля.

— Не благодарите.

Он посмотрел на вход в здание, потом снова на меня.

— Ваше решение?

Я вдохнула.

Перед глазами всплыло лицо Полины. Наш офис. Принтер, который на последнем договоре издал звук умирающей чайки. Диван. Аренда. Запросы на почту. И ещё — двести сотрудников, о которых Кирилл сказал тогда, когда мог просто купить моё согласие, но почему-то выбрал сказать правду.

— До финального подписания сделки, — произнесла я. — Нейтральная позиция. Никаких подтверждений. Никаких опровержений. Никаких «моя невеста». Никаких постановочных фото. Никаких семейных сюрпризов.

— Принято.

— И если я скажу «стоп», вы останавливаетесь.

— Да.

— Без спора первые пять секунд.

— Десять.

Я моргнула.

— Что?

— Я могу десять.

Вот теперь я не выдержала и улыбнулась.

— Прогресс. Запишем в протокол человеческого поведения.

— Запишите. Но после совета директоров.

— Я присутствую?

— Да.

— В качестве кого?

Он открыл дверь машины, вышел, обошёл её и подал мне руку.

Я посмотрела на его ладонь.

Он ждал.

Как вчера.

Как было обещано.

Я кивнула и позволила помочь себе выйти.

— В качестве Арины Платоновой, — сказал он. — Консультанта, которая не позволяет мне носить корону дольше трёх минут.