Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 40 – Алекс Скай

— Это уже не один пост, — сказал Кирилл.

— Я умею читать.

— К девяти утра публикацию перепечатали семь деловых каналов.

— Надеюсь, хотя бы кто-то выбрал удачный фильтр.

— Арина.

— Я шучу, чтобы не открыть дверь на ходу.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Вы действительно так злы?

— Нет, Кирилл. Я в восторге. Мечтала проснуться загадочной невестой мужчины, который вчера ещё был моим временным женихом по расписанию.

— Я не публиковал фото.

— Но вы уже оцениваете пользу.

Он замолчал.

Вот.

Попала.

— Да, — сказал он наконец.

Мне стало неприятно от того, что он не стал отрицать. Ещё неприятнее — от того, что я ценила эту честность.

— Прекрасно, — произнесла я. — Значит, мы едем не тушить скандал. Мы едем обсуждать, как правильно поставить меня на доску вашей деловой игры.

— Нет.

— Правда?

— Не поставить. Удержать уже сложившуюся позицию.

— Кирилл, вы слышите себя?

— Да.

— Тогда как вам?

— Деловито.

— Бесчеловечно.

Он отвёл взгляд к окну. Машина тронулась.

Некоторое время мы ехали молча. Я пила кофе и злилась на него, на фото, на Валентину Сергеевну, на Антона, который вызвался фотографировать, на Полину с её финансовой реальностью и немного на себя — за то, что вчера позволила его руке лечь на мою талию и не отстранилась сразу.

— Партнёры отреагировали положительно, — сказал Кирилл.

— Поздравляю.

— Арина.

— Что?

— Я не пытаюсь вас задеть.

— А получается, будто тренируетесь.

Он повернулся ко мне.

— Орлов написал утром. По его словам, у части партнёров была обеспокоенность тем, что я слишком закрыт, слишком резок и слишком непредсказуем в личной коммуникации. После вчерашнего ужина и сегодняшней публикации у них сложилось впечатление, что ситуация меняется.

— Потому что у вас появилась женщина?

— Потому что я выгляжу менее изолированным.

— Как красиво вы произносите «женщина» без слова «женщина».

— В деловой среде это называется личная стабильность.

Я тихо рассмеялась.

Не весело.

— Личная стабильность. Я, значит, теперь ваша личная стабильность?

— В глазах публики — возможно.

— А в ваших?

Он не ответил сразу.

Слишком долго не ответил.

Я повернулась к окну, потому что не хотела ловить его взгляд.

— В моих, — сказал он наконец, — вы человек, которого я не собирался втягивать в публичное поле.

— Но втянули.

— Да.

— И теперь хотите, чтобы я там осталась.

— До финального подписания сделки.

Я закрыла глаза.

Вот оно.

Полина была права. Конечно, была права. Полина редко ошибалась, особенно когда дело касалось чужих стратегических манёвров и наших счетов.

— Нет, — сказала я.

— Вы даже не выслушали.

— Я уже слышу. Вы предложите сохранить легенду. Не подтверждать прямо, но и не опровергать. Появиться вместе на нескольких мероприятиях. Дать партнёрам красивую картинку: Кирилл Грант не ледяной одиночка, а мужчина с человеческим тылом. Ваша мать будет счастлива, совет директоров перестанет морщиться, каналы получат свою сказку, а я — роль, которую не выбирала.

Он молчал.

— Попала? — спросила я.

— Почти дословно.

— Прекрасно. Значит, можете меня высадить.

— Арина.

— Нет.

— Послушайте.

— Нет, Кирилл. Это уже не ужин. Не один вечер. Не деловой риск, который можно пережить и забыть. Вы предлагаете мне стать публичной частью вашей истории.

— Временно.

— Люди не читают мелкий шрифт под чужими фотографиями.