Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 45 – Алекс Скай

Кирилл открыл встречу чётко.

— Утренние публикации вы видели. Комментариев для прессы мы не даём. Официальная позиция компании: Арина Платонова является внешним консультантом по протоколу и коммуникациям в рамках подготовки к инвестиционному циклу. Её личная жизнь, как и моя, не является предметом внутреннего обсуждения. Любые попытки использовать слухи в рабочих коммуникациях будут расцениваться как нарушение деловой этики.

Он говорил спокойно.

Но каждое слово ложилось на стол так, будто им можно было подписывать приказы.

Елена кивнула.

— Поддерживаю. С точки зрения юридического блока нейтральная позиция оптимальна. Опровержение раздует тему, подтверждение создаст лишние обязательства.

Краснолицый руководитель кашлянул.

— А партнёры?

— По партнёрам фон скорее позитивный, — сказал мужчина из отдела развития. — Орлов уже сообщил, что присутствие Арины на ужине сыграло на доверие. Извините, Арина, что говорю о вас в третьем лице, когда вы сидите рядом.

— После сегодняшних заголовков я уже почти привыкла быть общественным явлением, — ответила я.

Несколько человек улыбнулись.

Кирилл посмотрел на меня. Взгляд был коротким, но в нём было: спасибо.

Я отвернулась первой.

Вадим постучал пальцем по папке.

— Позвольте уточнить. Мы сейчас всерьёз обсуждаем, что частный слух может стать элементом переговорной стратегии?

— Мы обсуждаем последствия публичной информации, — ответил Кирилл.

— Но информация возникла не в рамках утверждённой коммуникационной линии.

— Да.

— И теперь мы адаптируем линию под случайность?

— Мы управляем реальностью, которая уже существует.

Вадим медленно кивнул.

— А реальность такова, что внешний консультант внезапно получил доступ не только к протокольной части, но и к вашему личному пространству, семейному кругу и публичному образу. С точки зрения финансовых рисков это необычно.

— С точки зрения человеческого поведения, — сказала я, — необычно обсуждать человека так, будто он новый пункт в расходной ведомости.

Все посмотрели на меня.

Вадим — тоже.

Он улыбнулся.

— Простите. Профессиональная деформация.

— Ничего. Я как раз работаю с деформациями. Иногда даже успешно.

Елена тихо хмыкнула.

Кирилл смотрел на Вадима. Не на меня. Он явно не хотел, чтобы их противостояние стало заметным, но оно уже было в комнате: холодное, точное, старое.

— У Арины есть договор, понятная зона ответственности и ограниченный доступ к информации, необходимой для выполнения задач, — сказал Кирилл. — Все дополнительные риски будут закрыты отдельным соглашением.

— Дополнительное соглашение уже подготовлено? — спросил Вадим.

— Будет подготовлено сегодня.

— Кем?

— Юридическим блоком.

— С финансовым согласованием?

— Разумеется.

— Тогда я хотел бы его увидеть до подписания.

— Увидите.

Вадим чуть наклонил голову.

— И ещё один вопрос. Мы уверены, что госпожа Платонова не станет зависимым репутационным фактором? Сегодня фон положительный. Завтра любое личное расхождение может ударить по сделке сильнее, чем обычная коммуникационная ошибка.

Кирилл не успел ответить.

Я подняла руку.

— Можно?

Он посмотрел на меня.

— Да.

Я повернулась к Вадиму.

— Вадим Игоревич, если я правильно понимаю, вы опасаетесь, что публика может принять рабочее взаимодействие за личное, а потом разочароваться, если оно не подтвердится?