Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 95 – Анна Кривенко

Элинор смертельно побледнела и вжалась в спинку стула. Её губы задрожали, а пальцы вцепились в края платья так сильно, что костяшки побелели.

Ромео не удивился этой реакции. Он смотрел на неё как человек, который давно знал правду, но просто ждал момента, чтобы её озвучить. В глазах его не было ни ярости, ни гнева — только ледяное разочарование.

Элинор метнулась взглядом ко мне, словно надеялась найти поддержку, но я лишь молча наблюдала. Я не чувствовала жалости. Лишь изумление от непонимания того, что происходит.

— Я тут навёл справки, — продолжил Ромео, сев обратно и небрежно скрестив руки на груди. — Говорят, ты бросила Филиппа уже после того, как ваша помолвка была официально объявлена. Говорят, у тебя нашёлся новый ухажёр… — он выдержал паузу, прищурившись. — Вопрос только в одном, дорогая кузина: при чём тут я?

Элинор резко вскинула голову. В её глазах смешались страх и стыд.

— Я… я… — она запнулась, её дыхание сбилось. — Я… не хотела!

Ромео молча ждал продолжения.

Элинор стиснула руки и, закрыв глаза, выпалила:

— Он мне смертельно надоел, и я не знала, как от него отвязаться. Вот и придумала другого мужчину…

Ромео резко ударил кулаком по столу, заставив Элинор вздрогнуть и вскинуть на него испуганный взгляд.

— Но почему тогда этот человек захотел убить именно меня⁈

Элинор застонала и всхлипнула.

— Потому что я сказала ему, что это с тобой у нас отношения! — выкрикнула она в отчаянии.

Я в ужасе прикрыла рот ладонью.

— Соврала, что мы не кровные родственники, — продолжала Элинор, начиная рыдать. — Ты тогда не был женат… Я подумала, что это отпугнёт Филиппа, ведь ты намного именитее его… Мне и в голову не приходило, что он пойдёт на убийство!

Она закрыла лицо руками ее плечизатряслись.

А я… я просто не могла поверить в это.

Ромео едва не погиб из-за её лжи!

Нет, он даже погиб.

И только чудом вернулся.

Ромео долго смотрел на кузину. Его лицо оставалось каменным.

— Ты чуть не отправила меня в могилу, Элинор, — произнёс он холодно. — Из-за тебя я испил горечь смерти, — Элинор всхлипывала, но Ромео не смягчился. — Мне придётся рассказать обо всём родителям.

— Нет! — воскликнула она, резко вскинув голову. — Ромео, миленький, не говори им, прошу тебя! Они же… они же изгонят меня куда-нибудь к тетке в провинцию! А я не могу… я там зачахну!!!

Ромео раздраженно сжал челюсти.

— За свои поступки надо отвечать, Элинор, — отрезал он. — Чтобы потом не пришлось мучительно сожалеть…

Он посмотрел на меня.

И я поняла.

Он говорил не только о ней.

Он говорил о себе. О своих собственных ошибках. О своих грехах передо мной…

* * *

Разговор с родителями Ромео вышел бурным. Когда он спокойно, без лишних эмоций, поведал, из-за чего на него было совершено покушение, его мать подскочила со своего места, словно её ужалила оса.

— Что ты сказал⁈ — закричала она, резко поворачиваясь к Элинор.

Та и без того сидела смертельно бледная, сгорбившись на стуле, но теперь её и вовсе затрясло.

— Как ты могла⁈ — продолжала бушевать госпожа Сильетти. — Из-за твоей глупости, твоего легкомыслия мой сын едва не погиб!

Я видела, как дрожали её руки, как в глазах плескалась ярость, смешанная с болью, и вдруг впервые за всё время мне стало жаль Элинор.

Она была жалким зрелищем — сломленная, униженная, осознающая весь масштаб своей ошибки.