Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 93 – Анна Кривенко

И всё же…

Какая-то часть меня заговорила внутри, словно голос самой Джульетты, той, что когда-то жила в этом теле.

«Милость превозносится над судом… Смягчи наказание. Как поступила бы настоящая Джульетта? Ведь эти две грымзы всё-таки её близкие родственницы.»

Я вздохнула и, прежде чем успела передумать, наклонилась к уху Ромео.

— Прошу, давай обнародуем их преступление перед обществом, но не будем отправлять их в темницу. Жизнь с клеймом позора станет для них наихудшим наказанием.

Ромео медленно повернул ко мне голову, его тёмные глаза вспыхнули непроницаемым холодом.

На миг я испугалась, что он откажет, что гнев и желание отомстить окажутся сильнее.

Но затем выражение его лица изменилось. В уголках губ мелькнула лёгкая, почти невидимая улыбка. Огоньки нежности зажглись в его взгляде, смягчая суровые черты.

— Только ради тебя, любимая, — негромко ответил он. — Всё, что пожелаешь.

Он отошёл к офицеру и что-то тихо сказал ему. Тот, внимательно выслушав, медленно кивнул. Затем Ромео вытащил из кармана небольшой мешочек, и офицер молниеносным движением спрятал его в складках плаща. Всё было решено.

Женщин увели.

— Я попросил подержать их в темнице пару дней, — ухмыльнулся Ромео, наблюдая за тем, как их фигуры исчезают в глубине коридора. — Для профилактики. Через два дня их отпустят. А слухи разойдутся сами собой, поверь, ещё и подробностями несуществующими обрастут.

Я с благодарностью сжала его руку.

Но в глубине души всё ещё оставалась неуверенность.

Было немного неловко рядом с Ромео. Казалось, что в любой момент его нежность сменится холодом, что снова найдётся что-то, что омрачит наши отношения и чувства.

Но я зря боялась.

Только спустя некоторое время я осознала, что перемены, произошедшие с ним, были гораздо серьёзнее и глубже, чем просто смена настроения.

Воистину, горбатого могила исправит… — говорится в пословице. И она как нельзя кстати подошла к этой ситуации, потому что Ромео был изменен именно смертью… и чудесным воскресением.

Я невольно вспомнила, как даже в моём мире встречала истории о людях, переживших клиническую смерть и вернувшихся совершенно иными. Потому что им открывалась другая сторона жизни и смерти. Потому что перед ними обнажалась правда.

Ромео действительно стал другим.

А я?

Разве я не изменилась также?

Ведь я тоже пережила смерть и возродилась к жизни вновь. Я стала сильнее. Стала мудрее.

И несмотря на все испытания, через которые пришлось пройти, несмотря на боль, страх, предательства и потери… я обрела любовь.

* * *

На следующее утро мы с Ромео завтракали в столовой. Атмосфера была просто потрясающей — лёгкой, непринуждённой, наполненной смехом.

Ромео, как оказалось, был превосходным рассказчиком. Он увлечённо делился историями из прошлого, перемежая их колкими замечаниями, от которых я буквально захлёбывалась смехом.

— И вот представь, — продолжал он, едва сдерживая ухмылку, — наш управляющий как-то решил устроить званый ужин. Все чинно, благородно, бокалы с вином, серебряные приборы, обсуждение политики… И тут посреди трапезы в комнату вбегает его любимый бульдог и с размаху запрыгивает прямо на стол.

Я хохотнула, представив себе эту картину.

— Это ещё не всё, — поднял он палец, довольный моей реакцией. — В зубах у него, представь себе, был чей-то башмак. Ну и, естественно, все присутствующие — дамы, господа — просто замерли в шоке. В полной тишине собака гордо улеглась между тарелками и начала с хрустом грызть находку.