Книга Джин. Любое желание — твое, страница 45 – Лисавета Челищева

Я рванула вперёд и выхватила кружку из его пальцев, прижимая к груди, как ребёнка.

— Прекрати! Ты здесь нежеланный гость.

Он склонил голову и изучал меня так, будто я была редкой картиной, от которой невозможно оторваться.

— Ты когда-нибудь перестаёшь светиться? — тихо спросил он.

— Прости?

— Я серьёзно. Даже когда злишься. Особенно когда злишься.

Губы приоткрылись, чтобы послать его куда подальше, но слова... не шли. Не тогда, когда он стоял так близко. Не тогда, когда от него пахло сандалом и жасмином, и этот запах заполнял мои лёгкие, кружил голову, заставляя забыть обо всём на свете.

— Ты не имеешь права очаровывать меня после угроз убить мальчика, который мне дорог, — прошептала я, ненавидя себя за то, как он действует на меня.

— Я не серьёзно, — сказал он. — Я просто хотел твоего внимания.

— У тебя было моё внимание! С того самого момента, как ты в облике Риты появился в моей жизни! Ты думаешь, я могу о тебе не думать? Ты снишься мне, ты преследуешь меня, ты заполнил каждый уголок моего сознания!

Он усмехнулся — довольно, торжествующе.

— А теперь, помимо свечения, у меня есть и твой огонь. Прекрасно.

— …Это какой-то ужас, — пробормотала я, хватая стакан воды. Сделала глоток, пытаясь унять сердцебиение.

— Да. Я твой ужас, — сказал он.

Я чуть не поперхнулась.

— Давай ты просто уедешь?

На этот раз он не спорил. Просто одарил меня улыбкой, от которой что-то в груди опасно сжалось — и больно, и сладко одновременно.

— Я не могу оставить тебя. Либо ты пойдешь со мной... либо я остаюсь здесь.

И прежде чем я успела осмыслить эти слова, он рухнул на мою кровать. Он развалился, закинув одну руку за голову, и уставился в потолок с видом полного удовлетворения.

— Эй! Не плюхайся так! Кровать же сломается! — закричала я, бросаясь к нему.

— Тогда починю. — Он даже не пошевелился. — Или лучше — куплю тебе новую. Золотую кровать, с балдахином. Ты, конечно, не помнишь, но когда-то в Багдаде у тебя была именно такая. И, о боги, как мы на ней с тобой...

— Хватит!! — заорала я, затыкая уши. — Хватит с меня этого бреда!

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох... и просто отвернулась.

Никакой драматичной реакции. Просто... пошла на кухню.

Он, кажется, растерялся. Я спиной чувствовала его замешательство — похоже, не привык, чтобы его затыкали. Ну что ж, добро пожаловать в реальность, джинн.

Я достала из шкафчика сковороду, схватила последние две луковицы из висящей на стене сетки и начала их чистить, будто это был самый обычный вечер в моей жизни.

ВАЛЕНТИН

По дороге домой я прокручивал в голове её лицо — бледное, с кругами под глазами, с этой натянутой улыбкой, которая ничего не прикрывала. Что-то было не так. Я нутром чуял, опытным, натренированным за годы работы хирургом чутьём, когда организм врёт тебе, пытаясь скрыть болезнь. Сейчас болезнью была её ложь.

Я въехал во двор своего дома, заглушил двигатель и сидел в тишине салона, глядя на тёмные окна. Антон уже спал, Савелий, наверное, смотрел телевизор. А я не мог заставить себя выйти из машины. Что-то грызло изнутри, не давало покоя.

Я достал телефон. Набрал номер, который знал наизусть уже давно.

— Олегыч, привет. Поздно, знаю. Дело есть.

Олегыч, бывший однокурсник, а ныне айтишник в одной крупной конторе, ответил не сразу. Сначала что-то пробурчал, потом, услышав мой голос, вздохнул: