Книга Пуля многое переворачивает в голове, страница 51 – Александр Горохов

22

Рюкзаков у нас два. Один небольшой, «трёхдневный», а второй «недельный». Оба из прочной синтетики, но неброских расцветок, которые вполне подойдут под продукцию этого времени. Спальники такого же плана, «самодельные, позаимствованные на время у знакомых туристов». А вот с палаткой решил «не палиться», съездил в город и честно взял в пункте проката. «Классическую» брезентовую, четырёхместную. Тяжёлая, зараза! Всё сказано словом «брезентовая». К ней — два «раскладных» полипропиленовых коврика-«пенки», обшитых синтетической тканью (чтобы не было видно «артефактной» теплоизоляции). Плюс две «сидушки» из того же материала, тоже обшитые прочной синтетикой. Армейские котелки — аутентичные, как и фляжки под воду, армейского образца. Дрова на костёр буду заготавливать поварским тесаком для рубки мяса. Нам и его хватит. Пятилитровый алюминиевый бидон с крышкой (где же вы, лёгонькие пластиковые «полторашки» и баллоны? Сколько лет вас ещё ждать?) под питьевую воду пообещал Азат Зякиевич. Щель между его крышкой и корпусом для герметичности замажу оконной замазкой и туго притяну к «ушкам» рукоятки шпагатом.

— Спальный мешок должен лежать вдоль стенки рюкзака, прилегающей к спине, ровно, без складок, по всей высоте рюкзака. Если длина сложенного спальника получается больше, чем глубина рюкзака, снизу можно подогнуть на дно. Второй слой, обращённый к спине, коврик. «Подпопник» сразу надевается на поясницу: и греть будет, и если надо сесть, то его нужно будет только сдвинуть вниз. На дно рюкзака укладываются самые тяжёлые вещи. Например, крупы, соль, сахар, консервы. Но так, чтобы консервные банки не давили на спину. Потом запасная обувь, а на самый верх — одежда. Если есть угроза дождя, то спальник, одежда и особенно обувь должны быть в полиэтиленовом мешке, чтобы не промокли. Ложки, вилки, ножи должны быть уложены так, чтобы не испортили другие вещи. Ну, что? Пробуй надеть на себя. Нигде не давит?

Маленький рюкзак получился весом килограммов десять. Даже для щупленькой четырнадцатилетней девчушки — невеликая тяжесть, поскольку не руки оттягивает, а через широкие лямки распределяет вес на плечи. Мой из-за палатки тянет кило на семнадцать. Плюс будет бидон в руке. Нормально! Это я уже оценил вечером, когда мы окончательно закончили упаковку вещей. Чтобы с утра не возиться, а просто погрузить рюкзаки в багажник.

Пока ехали от путепровода через Транссиб до поворота на Ильменское озеро по старой брусчатке, Азат даже чуть забеспокоился.

— А чего это никто на ваш фестиваль не идёт?

— Так рано ведь, большинство народа работает, основная масса ближе к вечеру потянется. Сейчас только иногородние, выехавшие заранее, добираются.

Но потом увидел первых «чудиков» с рюкзаками, топающих, кто от автобусной остановки возле СТО, кто от вокзала по дамбе, подпирающей озеро, и успокоился.

Машин у народа ещё мало, никакого столпотворения «автотуристов» на дороге к Ильменской турбазе не наблюдается. А потому ГАИ движение не перекрывает, так что до нужной дорожки, ведущей в лес, добрались без проблем. Вещи выгрузили, и отчим Муртазаевой под предлогом того, чтобы я помог ему достать бидон с водой, отзывает меня на противоположную от падчерицы сторону машины. Но дело не в бидоне.

— Смотри мне! — негромко проворчал он и строго погрозил мне пальцем.