Книга Рассвет Элларии, страница 189 – Джулия Фокс

— Со мной было так же, — негромко отозвалась мама. — И что с ними...

— Они живы, — твёрдо перебил Лео. — Но долго так не протянут. Это всё?

— Всё... — выдохнула я, чувствуя, как комната вокруг сжимается до размеров клетки.

— И мы в самом центре захваченного здания, — тихо подытожил Лео.

Я отправился дальше исследовать обстановку, оставив Виолетту и Даниэллу в покоях. Проникнуть в холл удалось со стороны улицы, благополучно укрывшись за изломом галереи. Дальнейшее продвижение по затихшим коридорам с точностью повторяло мои вылазки последних месяцев, когда приходилось крадучись исследовать демонические логова. Мышцы звенели от напряжения, а слух ловил малейшее колебание воздуха. Незаметность оставалась единственным способом уцелеть. Знакомые с раннего детства стены стремительно теряли привычное тепло, превращаясь в смертоносный лабиринт. Охотник в один миг стал добычей, и это отступление давило колоссальным грузом, заставляя внутренне огрызаться на происходящее.

Мрачная энергия послушно циркулировала по венам, скрывая силуэт плотной вуалью. Перед выходом на открытые перекрестки я по привычке отправлял вперед призрачные копии — едва различимые фантомы мелькали в арках смежных коридоров, отвлекая внимание стражи и уводя патрули Жнецов в ложном направлении.

Скользнув мимо очередного открытого дверного проема, я прижался спиной к каменному барельефу. В малой гостиной сиротливо замерли четыре матовых кокона. Плотные скорлупы, сотканные из первозданной тьмы, совершенно не отражали тусклые лучи света. Стоило вглядеться внимательнее, как я убедился: внутри каждой оболочки точно всё ещё теплилась жизнь.

С трудом сглотнув скопившуюся горечь, я поправил капюшон и продолжил путь по переходам. По мере погружения в недра здания крепла уверенность в том, что вся борьба на этой доске подошла к концу, а победитель определился задолго до рассвета, просто выжившие обитатели дворца ещё не осознали масштабов постигшей их катастрофы.

Возле массивных дверей центрального зала заседаний пришлось замедлить шаг. Створки оказались демонстративно распахнуты, а из глубины доносился негромкий размеренный разговор.

Блеклой тенью проскользнув в полумрак между мраморными колоннами, я заглянул внутрь сквозь петли дверного проема и затаил дыхание. Настенные гербы остались нетронутыми, массивный стол занимал прежнее место, а резные кресла находились на своих местах, однако сама атмосфера неузнаваемо изменилась. Место Председателя во главе стола занимала рыжеволосая...

Девушка. Она лениво перебирала документы Союза, тихо обсуждая государственные дела с бледным министром финансов. Чиновник отвечал на вопросы совершенно добровольно, держась так, словно перед ним находилась законная правительница. Незнакомка не походила на жестокого оккупанта; её поведение транслировало уверенность хозяйки, владевшей этим дворцом с первого заложенного камня, будто окружающие лишь по недоразумению позабыли о её правах.

Едва возникло намерение отступить вглубь коридора, взгляд выхватил знакомый силуэт. Каин неподвижно замер по правую руку от её кресла. Сначала сердце болезненно сжалось от облегчения — живой, невредимый, на собственных ногах и без этой проклятой маски. Однако спасительный самообман растаял без следа: передо мной стоял чужак. Тело и резкие черты лица бесспорно принадлежали Каину, но всё то, что составляло суть его живой личности, испарилось без следа. Лишённый прежней иронии взгляд остекленел, в нём не осталось ни глухого раздражения, ни фирменного высокомерия.