Книга Замуж за дракона. Случайная жена повелителя, страница 41 – Дина Нежина

Каэлгард коротко кивает, не проронив ни звука откидывается на подушки, с таким видом, будто он неимоверно устал от всех этих осмотров.

Я изо всех сил сдерживаюсь, чтоб не закатить глаза, как он сейчас похож на обычного мужчину с его «любовью» к докторам.

Но дракон сам отводит край рубахи, обнажая бок. Ни слова, ни взгляда в мою сторону. Будто я часть обстановки.

Лекарь подходит ближе к нему, молча разматывает повязку, осматривает швы, снова прикладывает мазь с резким травяным запахом. Каэлгард отвечает так же скупо, односложно, без лишних интонаций, как и лекарь задаёт вопросы.

— Как спалось? — спрашивает лекарь, осматривая его бок, на который я не могу даже на миг взглянуть без содрогания.

Трусливо отвожу взгляд, чтобы не видеть, как на боку словно линией расчерчено бордово-черным цветом, кожа потемнела и выглядит будто обугленной. Меня начинает тошнить от одной мысли, что ему наверняка было больно, когда я сидела на нём верхом, но он и вида не подал. И, более того, не собирался меня отпускать! Что за несносный Драконище!

В то время лекарь, повидавший всякого, спокойно ощупывает края раны, каждый раз спрашивая:

— А тут? Здесь как? Больно? А тут?

— Нормально, — отвечает Каэлгард раз за разом. — Зелье своё дело сделало.

Прикусываю язык, чтоб не сболтнуть, что ничего нормального нет в том, чтобы так себя вести.

— Боль сильная?

— Терпимая. Ночью почти не чувствовал.

Лекарь хмыкает, прикладывая мазь с резким травяным запахом.

— Жар есть?

— Нет.

— Кровь сочилась?

— Чуть-чуть. Уже остановилась, — нехотя сознаётся дракон, но утаить нет никакой возможности, так как снятые лекарем повязки в следах запекшейся крови.

— Хорошо, — лекарь кивает, аккуратно накладывая свежую повязку. — Но покой ещё два дня минимум. Никаких превращений, никаких нагрузок. Иначе края разойдутся, и придётся сводить заново.

Каэлгард фыркает — коротко, почти беззвучно.

— Знаю.

— Знаете, да не выполняете, — сухо отвечает лекарь, завязывая узлы. — В прошлый раз тоже обещали покой, а на третий день уже летали над башнями.

— Тогда был другой случай! — начинает раздражаться дракон.

— Сейчас тоже другой случай, — лекарь поднимает взгляд, смотрит строго. — но вас ранили дважды в одно и тоже место, словно знали, где рана, и били по ней снова, так что в этот раз всё ещё сложней. Не стоит играть с судьбой.

На последних словах лекарь впивается взглядом в лицо дракона, будто хочет ему внушить свою мысль. Похоже, что не я одна в курсе, как Каэлгард любит лекарей и их рекомендации, и как тщательно им следует.

Да уж, похоже, что мужчины во всех мирах в этом схожи.

Лекарь заканчивает. Наложив свежую повязку, аккуратно завязывает узлы, собирает инструменты в кожаную сумку. Почтительно кланяется и уходит. Дверь за ним беззвучно закрывается.

Но атмосфера утра куда-то безвозвратно исчезает, словно вылетает за дверь вместе с лекарем.

Каэлгард медленно садится, поправляет рубаху. Смотрит на меня спокойно, без тепла, без той искры, что была ночью. Глаза золотые, но холодные, как утренний свет за окном. В них нет ни нежности, ни обещания. Только спокойная уверенность. Как будто всё уже решено.

— Что? — спрашивает он ровно, без интонации, заметив то, что я смотрю на него.

А я чувствую, как внутри медленно остывает тот тёплый огонёк, что только что зажёгся в душе.