Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 8 – Рия Адри

Слово звучало красиво. В этом мире вообще умели заворачивать клетки в благородные названия.

— Если истинная сама согласна, всё хорошо, — тихо сказала Мара. — Бывают браки по любви. Бывают счастливые. Но если связь спорная, если женщина уже замужем или чужого рода… Совет решает. Истинная дракона — вопрос крови, наследников и силы рода.

Я провела пальцем по краю письма. Внутри поднималась холодная ясность.

Совет заберёт тебя.

Те, кто привёл тебя в этот мир, придут раньше.

— Почему прежняя Элира написала, что она была пустым местом рядом с драконом? — спросила я.

Мара отвела взгляд.

— Миледи…

— Я хочу знать.

Она сжала передник.

— После свадьбы все ждали брачного знака. Хотя политические браки редко дают истинность, но род Саан древний. Были слухи, что их женщины иногда пробуждают драконье пламя. Лорд Рейс не прикасался к вам при свидетелях, но на третью ночь после свадьбы лекарь проверял ваши запястья.

Чужое воспоминание вспыхнуло мгновенно: холодная комната, мужчина в серой мантии, пальцы на тонкой коже, тёмный браслет на столе, молчание Арвена у окна.

— Знака не было, — сказала я.

— Да.

И потому Элиру списали. Оставили в замке как деталь договора. Нужную до тех пор, пока подписи держат союз. Удобную оболочку.

Я поднялась. Слабость ушла, оставив после себя сухую злость. Тихую, собранную, полезную. Она не требовала крика. Она требовала действий.

— Мы уезжаем до заката, Мара. Лучше раньше.

— Сундуки соберу быстро. Но драгоценности лучше спрятать на себе. На дороге…

— На дороге нас могут остановить.

Она кивнула.

— И ещё, миледи… если письмо говорит правду, вам нельзя оставлять его здесь.

Я посмотрела на камин. Огонь был ровный, домашний, спокойный. Сжечь письмо — разумно. Но это была единственная вещь, оставленная мне прежней Элирой. Единственное доказательство, что я сошла с ума не в одиночку, что кто-то до меня видел эту ловушку и пытался оставить дорожный знак.

— Я заберу его.

— Тогда зашейте в подкладку.

Мара подошла к шкафу, достала тёмно-синее дорожное платье из плотной шерсти и маленький нож для ниток. Её руки уже не дрожали. Она привыкла бояться, но страх не мешал ей работать. В этом мы с ней были похожи.

Пока она распорола подкладку у внутреннего шва, я снимала украшения с туалетного столика. Каждое кольцо казалось чьим-то взглядом. Тонкие цепочки путались, серьги звякали о дерево. Я выбрала только то, что можно продать без вопросов: мелкие камни, простую работу, ничего с гербами.

Внизу замка ударили часы.

До заката оставалось меньше шести часов.

— Кто может знать о письме? — спросила я.

Мара вшила бумагу в подкладку быстрыми, мелкими стежками.

— Если леди Элира написала его сама, никто. Но если ей помогали…

Она замолчала.

— Говори.

— За неделю до горячки к вам приезжал лекарь из рода Саан. Старый. С сухими руками. Его не пустили к вам сразу, он ждал в нижней гостиной. Потом вы говорили с ним наедине. После этого у вас начались приступы.

Я закрыла шкатулку.

— Имя?

— Магистр Орвин. Он уехал ночью. Наутро управляющий сказал, что лекарь больше не числится гостем дома.

Значит, след был. Тонкий, опасный, но был.

— В Лиорне найдётся храм или архив?

— Храм Огня. Маленький. Ещё гарнизонный лекарский дом.

— Там и начнём.

Мара подняла на меня глаза.