Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 34 – Каталина Канн

— А как насчёт мольбы?

Я отшатнулась, делая вид, что роюсь в ящике в поисках мочалки. Достала кусок кедрово-медового мыла, с лёгким оттенком корицы, и сжала его так сильно, что ногти впились в мягкую поверхность.

Араут наконец-то залез в воду, погружаясь глубже. А потом поднял на меня взгляд, полный такого искреннего изумления и восторга, что я невольно сжала мочалку крепче. Он выглядел как мальчишка, нашедший любимую игрушку, и одновременно как величественное божество. Я никогда не думала, что такое сочетание возможно, и находила его опасно очаровательным.

— Итак, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало, — ты наносишь мыло вот так... — я показала. — А потом проводишь мочалкой по коже или можно просто мылом. Для мытья лучше подходит мочалка, но...

— Я понял, — перебил он, но не взял у меня мочалку, а откинулся на край ванны и вытянулся во весь рост. Вода плеснула через край, и я вздрогнула.

— Ладно, — выдохнула я. — Я пойду спать. Наслаждайся.

— Это чудесное ощущение, — пробормотал он, закрывая глаза. Его тёмные волосы расплылись вокруг головы в воде, как морские водоросли. — Звёзды, я мог бы остаться здесь навечно. Горячая вода — одно из величайших удовольствий жизни.

Он лежал с закрытыми глазами, и я позволила себе на мгновение откровенно поглазеть на него. Он был неестественно, пугающе прекрасен. Существо, наделённое властью над жизнью и смертью, и в то же время такое... человеческое сейчас.

Я швырнула в него мыльной мочалкой и она шлёпнулась прямо на его широкую грудь.

— Я спать, — повторила я и вышла.

Не знаю, сколько он пробыл в ванне, но я уже спала, когда его возвращение в постель разбудило меня. Я лежала на середине кровати, подальше от запачканных кровью простыней, и между нами оставалось ещё достаточно места. Но он придвинулся ко мне так близко, что я почувствовала исходящее от его кожи тепло ванны.

Рейвен

А когда я проснулась утром, то лежала, свернувшись калачиком, под мышкой у бога смерти. Какой позор... я села и заметила, что Араут не спит, но даже не взглянул на меня.

Боги, спасите меня! Я знала его меньше двух дней, а уже дважды использовала в качестве подушки. Говорят, в кризис незнакомцы становятся близкими намного быстрее и обстоятельства действительно свели нас с Араутом так, как я никогда не ожидала. Но не назвала бы нас друзьями, скорее, навязанными союзниками. Хотя, нет, Повелитель Смерти, вероятно, считал меня врагом....

Я взглянула на часы и вскочила с кровати, злясь на себя за то, что проспала. Накинула халат и выбежала в гостиную, дёрнула шнурок колокольчика, чтобы дать знать служанкам, что я проснулась. Потом забежала в ванную, торопливо справила нужду и почистила зубы механической щёткой.

Когда я вернулась, Араут стоял посреди гостиной и расчёсывал пальцами длинные волосы. На нём была чёрная шёлковая мантия, должно быть, нашёл в гардеробной отца, свободно подпоясанная и открывающая широкий треугольник его груди.

— Маленькая королева, — произнёс он тихо, отчего по коже пробежали мурашки.

Я тут же разозлилась на себя за эту реакцию и огрызнулась:

— Ты знаешь, где сейчас мои подруги, которые умерли вчера? Ты... не присматривал за их посмертием? Они попадут в хорошее место?

— Могу тебя заверить, они будут устроены наилучшим образом, — в его тоне не было обычной насмешки. — Процесс работает без моего непосредственного присутствия. По крайней мере, несколько дней. Потом, с твоего позволения, я должен буду заглянуть в свои владения — хотя бы проверить, не одичали ли мои гончие.