Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 31 – Каталина Канн

Я кричала и размахивала руками, пытаясь стряхнуть их с себя, дёргалась, билась в конвульсиях, как выброшенная на берег рыба. Чьи-то руки крепко схватили меня, не давая пораниться.

— Тише, — тихий голос произнёс где-то совсем рядом, почти в самое ухо: — Это просто сон.

Но я не узнавала голос, ослепнув от ужаса, заблудившись в темноте, и щупальца смерти всё ещё ползали по моему телу. Я снова закричала, но чья-то рука зажала мне рот, пытаясь унять крик.

И я вцепилась в неё зубами.

Сильно. До крови. До хруста.

Араут

Маленькая королева вцепилась мне в руку острыми, как иглы, зубками, которые прокусили кожу между указательным и большим пальцами глубоко, до отвратительного хруста. В этот миг она была не хрупкой смертной в кружевной ночной рубашке, а маленьким, свирепым зверьком, загнанным в угол.

Я отдёрнул руку не потому, что боль оказалась невыносимой (хотя она жгла, как раскалённое клеймо, оставляя на коже пульсирующий отпечаток), а потому, что понял: грубая сила не помогут. Эту женщину нельзя было сломать, её можно было только... успокоить.

Я навалился на неё всем своим весом, прижал к постели тяжело и неумолимо, как каменная плита. Это уже сработало однажды, когда её тело расслабилось под моей тяжестью, дыхание выровнялось, бешеный стук сердца замедлился. Может быть, подействует и сейчас.

— Это всего лишь кошмар, — прошептал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Успокойся, смертная. Ты в безопасности.

Ослепительная, нестерпимая боль вспорола спину между лопатками. Что-то острое вонзилось под кожу, прошило мышцы насквозь и добралось до лёгкого. Я захрипел, захлёбываясь собственным дыханием, сердце на миг остановилось, а затем забилось с бешеной силой, пытаясь справиться с тем, что левая половина грудной клетки оказалась распорота и теперь медленно, неумолимо наполнялась тёплой, солоноватой жидкостью.

Я развернулся и сквозь красную, пульсирующую пелену боли увидел двоих перепуганных до смерти телохранителей. Молодой, весь бледный как мел, сжимал окровавленный меч. Старший уже заносил оружие для нового удара. Они оттащили меня от королевы, швырнули на пол, и в следующую секунду лезвие вошло мне в грудь, точнехонько под сердце, с той же чудовищной, безжалостной аккуратностью.

— Стоять! — голос королевы прорезал тишину, как хлыст.

Телохранители замерли. Меч так и остался торчать у меня из груди, и каждый, даже самый крошечный вдох отзывался острой, пульсирующей агонией, которая разливалась по всему телу.

— Ваше Величество... — выдохнул старший, его лицо под стальным шлемом сделалось пепельно-серым. — С вами всё в порядке?

— Вы идиоты! — голос королевы кипел яростью, такой же горячей, как кровь, которая заливала мою рубашку. — Это иностранный целитель, которого я привела во дворец, чтобы он нам помог. Вы что, не могли спросить?

— Он был сверху вас! — обиженно возразил телохранитель, и в его тоне слышалась искренняя, хоть и запоздалая попытка оправдаться. — Вы кричали... мы подумали...

— Я ценю вашу бдительность, — перебила она. — Но теперь вы можете идти. И считайте, что вам невероятно повезло — он может исцелить себя сам.

— Наши глубочайшие извинения... — пробормотали оба, пятясь к двери. В их выпученных глазах застыл ужас, и совсем не передо мной, а перед праведным гневом своей королевы.