Книга Акулий король, страница 177 – Саша Хеллмейстер

Постепенно, отдыхая здесь, в мягком, теплом свете огромных футуристичных ламп, выгодно сочетавшихся с классической обстановкой, наслаждаясь кофе и покоем, Шарлиз отрешалась от всех неприятностей, которые испытала совсем недавно. Каждому человеку нужен отдых: облокотившись о ручки кресла и любуясь богатством тканей, цветов и кропотливой вышивки, девушка выбирала себе наряды, как того и просил ее любовник – или покровитель, пусть даже временный? – и старалась радоваться тому, что имела прямо сейчас, хотя на душе скребли кошки, а отчего, понимать сейчас не желала.

Наконец, неторопливо выбрав несколько подходящих нарядов, Шарлиз поднялась, чтобы пройти за услужливой Лео в примерочную и поглядеть в них на себя. Вместе с простыми повседневными вещами, пришедшимися Шарлиз по вкусу, были и чехлы с двумя вечерними платьями, к которым предстояло подобрать комплект верхней одежды и обувь. Впрочем, с этим трудностей не предвиделось: к ним подразумевался определенный тандем, другое дело, что выбрать – более скромный или эффектный наряд… Вдруг Шарлиз, почти дойдя до примерочной комнаты, остановилась и замерла, глядя в темный зал, окунувшийся в черные и коричневые тона. Свет, достаточный для того, чтобы разглядеть представленную там одежду, казался весьма сдержанным и тусклым. До ноздрей Шарлиз донесся тонкий запах пачули и бергамота, табака и дорогой кожи.

Она, завороженная увиденным, неторопливо направилась в тот зал.

— Мисс Кане, – вежливо, но несколько растерянно позвала ее Лео. – Здесь представлена мужская коллекция.

— Да, – мягко и спокойно ответила Шарлиз. – Я догадалась.

Оказавшись там, она укуталась в ощущение несравнимого покоя. Почувствовала себя почти в его объятиях, практически дома. По одному только взгляду на статные деревянные манекены в позах менее постановочных Шарлиз поняла, что Донни Мальяно предпочитал носить некоторые костюмы, пошитые в Доме Валентино: она это видела по их крою, по качеству ткани и цветам, по мельчайшим деталям, бросавшимся в глаза, вроде графитово-серой строчки по гладкому шелку, по пуговицам с галочкой V, вышитой двумя нитками в центре, – уж Шарлиз ли не знать, как они выглядят, когда она не единожды их расстегивала. Она мучительно втянула в ноздри запах, услышав в нем отголоски того, чем пах человек, к которому она привязалась, и прошлась вдоль стеллажа, где на деревянных вешалках, покрытых бархатом, были представлены костюмы разных оттенков и мастей.

— Вы хотели бы выбрать что-либо в подарок? – вежливо спросила Лео, неотступно последовавшая за ней.

— Да, – задумчиво сказала та. – Может быть… Не знаю, я хотела бы пока что просто посмотреть.

— Как скажете, мисс.

Она с огромным удовольствием разглядывала костюмы и рубашки, «двойки» и «тройки», черные гладкие смокинги и старомодные двубортные пиджаки для тех, кто предпочитал мужественную классику. Она любовалась предметами, бывшими частью мира Донни Мальяно, а значит, тем, что хотя бы немного, но принадлежало ему – и чем Шарлиз могла безнаказанно любоваться. Она рассматривала стройные ряды лакированных туфель и кожаные ремни с серебряными пряжками. Едва заметно, робко касаясь их, или костюмного рукава, или словно невзначай пробуя на ощупь рубашку, она думала о человеке, который так ее озаботил. Погрузившись в волшебный мир бархатной полутьмы, она даже не заметила, что в зале был кто-то еще: архитектура его располагала к приватности, однако Шарлиз все же уловила женский голос: