Книга Умереть за искусство, страница 31 – Питер Джеймс

Хегарти был на его свадьбе несколько десятилетий назад и помнил, как Хорек в этот, казалось бы, счастливейший день своей жизни все равно имел настороженный вид. Даже позируя с невестой фотографу возле церкви, он нервно поглядывал куда-то за пределы кадра, будто пытаясь определить, нет ли в собравшейся компании копов.

— Дэн! – Хорек сунул пакет под мышку и протянул костлявую руку. – Рад тебя видеть, Дэн, – произнес он своим всегдашним ноющим голосом.

Хегарти посмотрел на сверток:

— Ты теперь работаешь в «Амазоне», приятель?

— Очень забавно. У меня тут есть кое-что интересное – небольшая работа для тебя.

— Припозднился, дружище.

— Да, извини. – Тут внимание Хорька привлекла табличка, обозначающая объект культурного наследия, рядом с входной дверью. На ней было написано: «Дэниел Хегарти, художник-копиист». – Синяя табличка? Это что-то новенькое, да? Я думал, что такую можно получить только после смерти.

— Или если тебе исполнилось сто лет.

Хорек прищурился:

— Прошу прощения за свое невежество, но непохоже, чтобы ты соответствовал этим критериям. Понимаешь, о чем я?

— Есть еще один критерий, – усмехнулся Хегарти.

— И какой?

— Табличку можно подделать.

Хорек расплылся в ухмылке:

— Блестяще, приятель, просто блестяще!

Несмотря на раздражение оттого, что его побеспокоили так поздно, Хегарти был рад видеть старого друга:

— Не хочешь выпить?

— Лучше чего-нибудь безалкогольного, я за рулем. Не то что в старые добрые времена, когда мы постоянно ездили пьяные в стельку, правда?

Хегарти открыл было дверь пошире, но тут же понял, что Хорек уже находится в прихожей.

— Готово! – объявил Гарри Киплинг, внося картину в оранжерею, чтобы показать Фрейе. – Ты только посмотри на эту красоту!

Он работал над полотном всю прошлую ночь и сегодняшний вечер, послушно следуя указаниям Дэниела Хегарти, – мало-помалу, пользуясь только ватными палочками и жидкостью для снятия лака.

Фрейя, зевнув, отложила пачку школьных сочинений и взглянула на холст. По выражению ее лица Гарри понял: результат произвел на нее впечатление.

Как и на него самого.

Картина была потрясающе красивой и, судя по мелким трещинкам на ней, действительно очень старой. На полотне были изображены двое изящно одетых влюбленных, устроивших пикник в лесу: солнце пробивается сквозь ветви деревьев у них над головой, позади – идиллическое озеро. Женщина держит розовый зонтик. Слева возвышается дорический пьедестал со статуей крылатого Купидона.

— Ух ты! – воскликнула Фрейя.

— Да, пожалуй, лучше и не скажешь, – кивнул Гарри.

— А подпись есть?

— Искал, но не нашел.

Она внимательно осмотрела картину:

— Я тоже не могу найти. Может, отнести ее в аукционный дом и послушать, что они скажут? Аукционный дом «Горринджез» в Льюисе считается лучшим в округе.

— Хорошая мысль, но тут есть другой вариант. Я только что погуглил, и в ближайшие выходные в Суссекс приедет «Антикварный развал»!

Это было одно из любимых телешоу Киплингов.

— Правда?

Он кивнул:

— Будут снимать в Лансинг-колледже.

— Что нужно сделать, чтобы попасть туда?

— Ничего! Я посмотрел на сайте. Похоже, просто прийти и встать в очередь к нужному специалисту.

— И все?

— Да. Вот как они это делают. Что скажешь? Мы могли бы взять картину с собой и показать эксперту по живописи.