Книга Умереть за искусство, страница 105 – Питер Джеймс

Пайпер, чье лицо, как всегда, не выдавало эмоций, достал из ящика ножницы. Он аккуратно снял коричневую бумагу, разрезал скотч, фиксировавший пузырчатую пленку, и наконец извлек картину.

Килгор сиял, пока босс внимательно изучал лицевую сторону, переворачивал холст, осматривал оборот и снова – красочный слой. Хотя прочесть что-либо на лице Пайпера было практически невозможно, Килгору показалось, что в его взгляде промелькнула тень сомнения.

Затем Пайпер поднес картину к лицу и понюхал.

Мгновение спустя он швырнул ее на стол:

— Это подделка. Это гребаная подделка!

За пятнадцать лет работы на Пайпера Роберт Килгор видел его злым множество раз, но в такой ярости не помнил. Она была похожа на фейерверк, который без остановки выстреливает в небо взрывающимися ракетами, – каждая громче и ярче предыдущей.

Пайпер стоял у стола, багровый от гнева, среди клочьев пузырчатой пленки и бумаги, снова подняв картину вверх:

— Гребаная подделка!

— Это то, что Арчи Гофф снял со стены в гостиной Киплингов, сэр.

Отчасти из-за воспитания, полученного в южном штате, отчасти из-за ледяной ауры Пайпера Килгор за все эти годы редко обращался к нему по имени. А самого его Пайпер называл по фамилии только в гневе – и сейчас он как раз был страшно разозлен.

Пайпер тряхнул головой:

— Нет, Килгор, этот мерзавец Гофф отдал тебе вовсе не то, что снял со стены у Киплингов. Я знаю этого эксперта с «Антикварного развала», Оливера Десауту. Я покупал картины в его галерее. В понедельник утром я позвонил ему, чтобы узнать его истинное мнение. Он сказал, что, хотя для подтверждения происхождения нужно время, он, с его сорокалетним опытом в мире искусства и специализацией на старых французских мастерах, уверен: это подлинник. Ты хоть понюхал картину, черт возьми?

— Нет, сэр, не нюхал. Она была в свертке, и я в таком виде, не разворачивая, принес ее вам.

Пайпер снова затряс головой, словно выпуская последние искры гнева, и сел в кресло, однако злоба его не утихла и угрожающе тлела внутри.

— Мы внесли за него залог, потому что ты уверял: он лучший взломщик в графстве.

— Это так, сэр.

— И что, он считает нас какими-то макаками? Серьезно думает, что может утащить оригинал и подсунуть нам подделку Хегарти, а мы не заметим? Я похож на идиота, Килгор? На деревенщину, только что свалившегося с телеги?

— Я бы так не сказал, сэр, нет.

Пайпер сунул картину ему в руки:

— Понюхай!

Килгор взял ее, поднес к лицу, втянул носом воздух. И тут же почувствовал легкий запах лака. Он кивнул:

— Ага.

— Ага?! – рявкнул Пайпер. – И это все?

— Нет, сэр, думаю, вы правы.

— Думаешь? Бобби, нас нагло кинул ничтожный говнюк. Не знаю, что у него в башке – явно не мозги, раз он решил, что это прокатит. Есть его контакты? Адрес? Телефон?

— И то и другое, – ответил Килгор.

Пайпер нажал кнопку селектора на столе. В ту же минуту в кабинет вошли двое охранников. Он отдал им распоряжения.

Хотя Арчи Гофф встал рано, чтобы избежать субботней сутолоки, и прибыл на Кэннон-плейс около десяти утра, найти свободное место на парковке удалось только на пятом уровне. Да и то пришлось втискиваться между «порше-кайеном» и приземистым спортивным автомобилем, марку которого он не мог определить.

Задним ходом аккуратно припарковав «астру», он едва смог выбраться из машины, слегка задев дверью бок «кайена». Он не обратил внимания на белый фургон, последовавший за ним, а затем проехавший дальше.