Книга Прайм-тайм, страница 190 – Максим Шаттам

Она замолчала, давая ему подумать, затем продолжила:

— Я в таком же положении. Тоже между двух сил. Вами и властями. Понимаете? Мой интерес – найти решение, которое максимально удовлетворит каждого. Знаете почему? Потому что я оказалась здесь с первых же минут, потому что это вы со мной заговорили, и, попав в этот круговорот, я не могу отступить, пока люди, которых я знаю, мои коллеги, мои друзья, не окажутся в безопасности. Я не могу сотворить чуда, но надеюсь найти компромисс, который всех устроит.

— Их цель очевидна: арестовать меня или убить. Тут нет речи о компромиссе.

— Но парадом командуете вы. И вы, Кратос, сделали достаточно, чтобы вас воспринимали всерьез. Теперь всем ясно: чтобы вылезти из этой ямы, придется сотрудничать.

Использовать его собственные выражения, повторять их, возвысить его и вселить уверенность, подчеркивая его успехи, – до сих пор Шарлен только перечисляла пункт за пунктом то, что было написано в ее плане действий, на странице блокнота, лежавшего между ней и Янисом. Это было на удивление просто, потому что Кратос позволил ей развивать тему, не перебивая. Если им предстоит начать диалог, все станет напряженнее и придется импровизировать, чтобы вернуться на позиции, предусмотренные Янисом.

Словно читая ее мысли, Кратос усмехнулся:

— Они тебя хорошо подготовили, поздравляю.

— Я ведь собиралась уйти, помните? Если я вернулась, то исключительно ради этих людей, которые сейчас перед вами. Ради Паолы, Бакари и Режи. И ради Аниссы и Мии. И еще потому, что я знаю: вы согласны говорить со мной и я, вероятно, единственная, кто может помешать спецназу ворваться сюда и нейтрализовать вас и Демоса. Если вы хотите, чтобы мы избежали насилия, я – ваш единственный выход. Не причиняйте больше никому вреда, и штурма не будет.

«Тишина». Это слово Янис написал крупными буквами и дважды обвел вверху страницы. Слова Шарлен были семенами, твердил он, а пауза, которую она выдержит, будет временем, солнцем и дождем, чтобы дать им прорасти. Но в нетерпении она чересчур поспешно продолжила:

— «Медиаплекс» согласен заплатить выкуп. Это частные деньги, так что государство не теряет лицо, отпуская вас. Напротив, если не будет больше жертв, все окажутся в выигрыше.

Ложь.

— Пятьдесят миллионов?

— Да. Вы добились того, чего хотели, Кратос.

— Увидим через час.

— Я вам говорю: деньги будут на счету. Полностью. Они не обсуждают сумму. Это ваша победа.

Еще один пункт, подчеркнутый в начале страницы: «Успокоить его. Напоминать о каждой его победе».

— Политики только что одобрили разрешение на выход, – добавила Шарлен. – В семь часов вы сможете спуститься и сесть в автомобили, которые вы запросили. Это тоже вам предоставят.

— Я хочу эскорт.

— И это согласовано. Кортеж охраны очистит дорогу, чтобы вы могли спокойно продвигаться.

— Хорошо. Я начинаю верить, что вы проявляете благоразумие.

— Потому что все мы – вы, они, я – хотим одного: чтобы эта ситуация разрешилась наилучшим образом. Ущерба и так достаточно.

Понемногу он втягивался в разговор, от которого поначалу отказывался. Шарлен нельзя было на этом останавливаться.

— Самым трудным условием оказался самолет. За такое короткое время, не скрою от вас, это очень сложно организовать.

— Сейчас запла́чу. Их же тысячи, – с иронией произнес Кратос.