Книга Прайм-тайм, страница 191 – Максим Шаттам

— Но ни одна компания не соглашалась предоставить самолет, учитывая международное медийное освещение, которое вас сопровождает. Вы не совсем та реклама, с которой они хотят ассоциироваться, – надеюсь, это понятно. И, кроме того, ни один экипаж не вызвался лететь добровольно: все боятся, что вы захотите спровоцировать крушение.

— Я не террорист! Зачем мне выкуп, если я собираюсь потом убить себя в самолете? Я не имею ничего общего с этими экстремистами!

— Я знаю, но согласитесь, что все перечисленное не слишком успокаивает.

— У Французской Республики есть самолеты, Шарли. Они что, забыли тебе об этом доложить?

На экране Кратос вскочил, и Поль отпрянул, напуганный его пистолетом, перемещавшимся то вправо, то влево.

— Вы хотите выиграть время, так? Значит, мне нужно убить заложника, чтобы…

— Нет! Вы никого не убьете, иначе сорвется сделка. Позвольте мне закончить. Я же говорю: все складывается в вашу пользу. Деньги, разрешение политиков на выход, машины, эскорт и, значит…

Молодая женщина сделала новую паузу, постаравшись на этот раз привести аргументы в правильном порядке. Она произнесла уверенно и спокойно:

— Я, например, даже узнала о существовании выражения «КОТАМ ноль-ноль-один». Знаете, что это за аббревиатура? Командование военно-воздушного транспорта, а «КОТАМ ноль-ноль-один» – это позывной самолета президента Республики. Представьте себе, что «КОТАМ ноль-ноль-один» сейчас стоит на техобслуживании в Мериньяке, далеко отсюда, и что воздушный флот Республики базируется в Руасси и Виллакубле, а не в Орли. За тот срок, который вы назначили, ни один самолет не сможет собрать экипаж, подготовиться, заправиться и переместиться из одного аэропорта в другой, чтобы быть в вашем распоряжении в Орли. Не так быстро.

И здесь тоже Янис снабдил ее формулировками и деталями. Она не знала, что из этого правда, но вложила в свои слова всю силу убеждения.

— Знаешь, что произойдет, если у меня не будет самолета в восемь часов по прибытии на место? Ты прекрасно знаешь, Шарли!

— И он у вас будет. Это ваше требование тоже удовлетворено. Амели де Кастельнак, генеральный директор «Медиаплекса», предоставит вам самолет компании. Довольны?

Тишина. Шарлен сознательно дала установиться этой тишине: она не хотела сразу перехватывать инициативу. Только что, успокаивая его, она перечислила по пунктам все, что он получил, – пусть осознает свои успехи, поймет, что дверь на выход распахнута и осталось совсем немного, чтобы ринуться туда.

Он должен сосредоточиться на том, что у него есть, а не на том, чего у него не будет.

И теперь ей предстояло выдвинуть свое условие. Шарлен ждала, пока он сделает первый шаг.

— Скоро мы увидим, правда ли все это.

— Все очень конкретно, Кратос. В семь часов вы спуститесь ко входу, машины будут вас ждать, вы сядете и поедете в сопровождении эскорта – по дороге вы проверите свой счет, убедитесь, что деньги действительно переведены. Вы будете богаты и на пути к свободе. Просто и эффективно.

— Не пытайтесь подстроить мне ловушку. Ты знаешь, что я прихвачу заложников, чтобы гарантировать себе безопасность. Если вы обманете меня и прольется их кровь, отвечаете за это вы.

— Больше никаких жертв, Кратос. Это сделка.

— Все в ваших руках, а не в моих.

Вечно эта привычка обвинять других, когда он прибегает к насилию. Он никогда не бывает виноват – его действия всегда спровоцированы чужими ошибками. Янис настаивал на этом пункте.