Книга Фарфор Ее Величества, страница 169 – Максим Далин

— Потому что, как говорят, у законченных грешников после смерти всегда есть смутная, но заметная связь с собственным трупом? — спросил я.

— Сколько я знаю, это правда, — сказал Ричард печально.

Барн только вздохнул. Индар махнул рукой.

— Поэтому оставляют на виселице, вбивают кол в спину или закапывают на проезжей дороге, — сказал он с отвращением. — Мерзкие практики, посмертные пытки. Им впрямь неприятно. Но неважно. Ваше прекраснейшее высочество, вашего отчима мы, скорее всего, не увидим, только услышим. Но это будет его голос.

Рэдерик кивнул. Он снова цеплялся за Барна, а свободной рукой обнимал сонного щенка — ему было заметно неуютно, нестерпимо любопытно и крайне важно.

— Вы сможете задавать вопросы, ваше высочество, — сказал Индар, обводя контуры звезды ещё раз, каким-то алхимическим составом с отвратительным запахом, то ли серы, то ли гниющих останков. — Но только тогда, когда я позволю, хорошо?

— Да, — кивнул Рэдерик. — Я всё понял, мессир Индар.

— Ну… — Индар снял с полки высушенную голову. Лицо мумии с пустыми глазницами и открытым ртом не выражало ничего хорошего и выглядело так, будто несчастный Альгар в последний миг перед смертью отчаянно звал на помощь. — Пробуем. Кровь нужна, ягнёночек… кровь у тебя, конечно… лучше, чем обряд того требует…

— Возьмите мою, — сказал Рэдерик.

— Если вы благой, то замена не из лучших, — сказал Индар.

— Принц не благой, — сказал я. — Только мне как-то…

— Возьмите, если парень хочет, — вдруг странным тоном сказал Ричард. — Мне кажется, дело пойдёт.

— Убедили, — кивнул Индар. — Не пожалеете, ваше высочество?

Рэдерик, хмурясь, протянул ладонь.

— Нет, — сказал он. — Мне кажется, это правильно.

Индар сделал очень аккуратный надрез, чтобы взять лишь несколько капель крови — но то, что произошло потом, превзошло любые наши ожидания очень далеко.

Кровь Рэдерика полыхнула на клинке так, будто принадлежала старому некроманту с почти демонской силой, — ни о чём белом или благом речь здесь точно не шла. Первая же капля крови не просто подожгла звезду — линии вспыхнули белокалильным жаром, аж задрожал воздух над чертежом. Голова издала чудовищный звук, даже не стон, а рык, как, бывает, рычат раздувшиеся тела, в которых бродят газы. В её глазницах вспыхнули алые искры.

— Хоурт… — начал Индар.

И в ту же секунду призрак в кровавом сиянии встал над головой в полный рост.

Хоурт выглядел так, будто был нарисован светящимися красными чернилами прямо на сумраке комнаты. Его смерть, очевидно, наступила мгновенно, — половину черепа снесло взрывом той самой гранаты, в груди зияли дыры от осколков, щегольской костюм висел лохмотьями — но лицо уцелело до странности хорошо. Хоурт смотрел на нас несколько даже приветливо.

— Отчим, — прошептал Рэдерик. — Мне жаль. Правда.

— Я знаю, Дэрри, — прошелестел Хоурт, как обычно шелестят голоса демонов. — Счастлив видеть, Князь. Удивлён, Индар. И огорчён. Рад знакомству, мессир Клай.

Красивый был мужик, мелькнуло у меня в голове. Впрямь красивый, породистый перелесец с точёным лицом, тот же типаж, что у Эглира и у фарфоровой физии Индара. Странно, что Лисса… впрочем, непонятно, что у него за клеймо.

— Вы теперь демон?! — потрясённо прошептал Рэдерик. — Да?

— Нет, — прошелестел Хоурт, печально улыбнувшись. — Я не демон и не буду им. Но я и не пища для демонов: до тех пор, пока не пробьёт час, стена отделяет меня от… голодных. Что будет потом — не знаю.