Книга На крыльях крови, страница 264 – Брайер Болейн

Его серые глаза переместились с меня на Флоренс, затем снова на меня. Он откашлялся.

— Извините, что прерываю.

Он выглядел так, словно хотел быть где угодно, только не здесь. И все же, когда мои глаза встретились с его, я увидела, как что-то в них смягчилось.

— В чем дело? – спросила я, понизив голос.

Блейк заколебался, взглянув на Флоренс. Затем он стиснул зубы.

— Ты должна пойти со мной. Директор Ким вызывает нас на дисциплинарное слушание.

Флоренс соскользнула с кровати.

— Слушание?

Она протиснулась мимо меня, направившись прямо к Блейку. Я никогда не видела ее такой.

— Зачем? Что будет с Медрой? У нее неприятности?

Блейк посмотрел на нее сверху вниз, его серые глаза, как ни удивительно, излучали сочувствие.

— Я не знаю, – терпеливо сказал он. – Но если и так, я буду рядом с ней. Я не оставлю ее одну. Я обещаю вам это, мисс Шен.

Флоренс ничего не ответила, просто смотрела на него в ответ.

— Хорошо, – сказала она наконец. – Не смей оставлять ее с ним.

Она имела в виду директора Кима. Я знала, что именно его Флоренс винила за Навина.

И все же я была потрясена тем, как она разговаривала с Блейком. Казалось, она преодолела свою робость по отношению к высокородным. Или, может быть, дело было только в нем.

Взгляд Блейка все еще был мягким, когда он наблюдал, как Флоренс забирается обратно на кровать.

— Нам нужно идти. Постарайся не волноваться. Она скоро вернется, я обещаю.

Я подошла к Флоренс и обняла ее. Она схватила меня за запястье.

— Иди, – прошептала она. – Со мной все будет в порядке. Я, наверное, вернусь в свою комнату и лягу спать.

Я кивнула, надеясь, что она сможет отдохнуть. Ей это было нужно.

Я не хотела оставлять ее, но, похоже, у меня не было выбора. Я последовала за Блейком к двери.

Блейк

Пендрагон вдруг показалась мне такой маленькой.

Ее длинные рыжие локоны свисали, вьющиеся и спутанные. На ней было длинное черное платье и те же кожаные ботинки на шнуровке, в которых она участвовала в Играх. Одежда висела на ней как на вешалке. Даже всего за два дня она, казалось, похудела.

Мне было больно видеть ее такой. Я знал, что она скорбит. Ее бледная веснушчатая кожа покраснела и покрылась пятнами. Я мог бы сказать, что она плакала.

Любая другая девушка выглядела бы разбитой. Но не она.

Меня нервировало то, какой красивой она все еще была. Я так соскучился по ее лицу.

Я поглубже засунул руки в карманы, борясь с желанием произнести это вслух.

Она выглядела хрупкой. Но я знал, что это не так. Что бы она сейчас ни думала о себе, я знал, что она сильная.

Мне хотелось придумать, что бы такое сказать. Я хотел ей описать, как каждая секунда просмотра Игр разрывала меня изнутри. Это было худшее чувство в мире.

Я видел, как она боролась со своим другом. Мое сердце болело за нее.

Но слова не шли с языка. Я даже не был уверен, захочет ли она их услышать. Только не от меня.

Или, может быть, я боялся показаться слабым. Слишком сильно проявить это чувство, поселившееся у меня в груди.

Поэтому я украдкой бросал на нее взгляды. Расстояние между нами казалось слишком близким и слишком далеким одновременно.

Затем она удивила меня, нарушив молчание.

— Я хотела поблагодарить тебя.

Я удивленно моргнул.

— Что?

— Я перед тобой в долгу. То, что ты сделал, заставив меня выпить твою кровь, вероятно, спасло мне жизнь. – Пендрагон остановилась, повернулась и посмотрела на меня снизу вверх. – Если бы ты не дал ее мне…