Книга Одно темное окно, страница 103 – Рейчел Гиллиг

Сердце застучало в ушах. Сунув распухшее запястье в плащ, я придала лицу спокойное, скромное выражение. Я надела маску. Но в зеленых глазах принца сквозила проницательность – острая, жестокая, осмысленная.

Когда Хаут заговорил, его голос звучал отстраненно, холодно – столь не похоже на очаровательный тон во время Равноденствия.

— Мы встречались в Стоуне. – Он взглянул на Рэйвина. – Слышал, что именно из-за нее тебя так трудно найти в последнее время.

Самообладание Рэйвина было непоколебимым.

— Я не обязан объяснять тебе причину, кузен.

Мышцы под коростами Хаута напряглись.

— Ты слышал, что случилось?

— Что четверо дестриэров и горстка мужчин не смогли противостоять шайке грубых разбойников? – Элм подмигнул. – Я бы не стал говорить об этом слишком громко, брат. Не очень-то к лицу принцу.

— Нам устроили засаду, – огрызнулся Хаут. – Уэйленд Пайн и Эрик Спиндл возвращались из Стоуна. Мы встретили их по дороге в город. Именно за ними охотились разбойники. Трое мужчин ранены, а у Пайна украли Железные Ворота. – Верховный принц провел рукой по порезам на челюсти. – Один из них сотворил со мной это, – сказал он.

Челюсть Хаута заросла щетиной, кожа была слишком поврежденной, чтобы ее брить. Я проследила за раной, в голове промелькнуло воспоминание о том, как он схватил меня за руку, следом мой крик и ярость Кошмара.

Хаут чувствовал мое запястье, слышал мой крик. Странно, что не сказал им, что на него напала женщина.

Смех Кошмара напоминал чиркнувшую в темноте спичку и едва не заставил меня подпрыгнуть.

«Гордость, – произнес он. – Глупая гордость».

Рэйвин и Элм уставились на рану Хаута.

— Успел заметить, кто это сделал? – спросил младший принц.

— Я поймал его в лесу, – ответил Хаут. – Остальные ушли, а он потерялся, глупый ублюдок. – Он выпятил грудь. – Я сломал ему запястье.

Воздух разгорячился в легких, ненависть Кошмара смешалась с моей.

Рэйвин и Элм рядом со мной замерли. Пошевелилась только Айони. Ее голова слегка повернулась, взгляд карих глаз сместился с суженого и упал на мой рукав, чуть выше сломанного запястья.

Я ничего не делала. Даже не дышала.

— Ты задержал его? – холодно спросил капитан.

— Нет, – сказал Хаут. – Должно быть, он спрятал в перчатках лезвия, потому что в следующее мгновение порезал мне лицо.

Элм игрался со своей Картой Косы, перебирая ее пальцами.

— Удивлен, что ты позволил кому-то одержать над тобой верх. И испортить твое прекрасное личико.

Айони прикрыла рот, но не раньше, чем я уловила легкий намек на улыбку. Элм тоже это заметил, отчего ухмыльнулся шире.

Шея Хаута покраснела. Он передернул плечами и вытянул руки.

— Я повеселюсь, когда мы поймаем их и повесим на площади. Разбойник встретится с палачом. Если тот встретит его по частям, так тому и быть.

Дестриэры одобрительно закивали. Рэйвин наблюдал за ними с непроницаемым лицом, только челюсть напряглась. Впервые я подумала, что Рэйвину Ю не по душе притворяться, будто он соблюдает законы короля в качестве капитана дестриэров.

Ему это ненавистно.

— Начнем тренировку, – отрезал он, проходя мимо Хаута во двор. – Как насчет того, чтобы мы с тобой продемонстрировали, как лучше всего справиться с разбойником, кузен? – предложил он. – Если не боишься, что я еще больше испорчу твое милое личико.