Книга Одно темное окно, страница 1 – Рейчел Гиллиг

Rachel Gillig

ONE DARK WINDOW

Copyright © 2022 by Rachel Gillig

Перевод с английского Вероники Борискиной

Иллюстрация на переплёте Fukkatsu Art

Художественное оформление Артёма Суменкова

© Борискина В.А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Мне было девять, когда в наш дом впервые пожаловали целители.

Дядя уехал вместе со своими людьми. Кузина Айони с братьями громко играли на кухне, и тетя не слышала стука в дверь, пока первый мужчина в белом одеянии не переступил порог гостиной.

У нее не оставалось времени спрятать меня. Я спала, растянувшись на окне, точно кошка. Когда тетя разбудила меня, ее голос охрип от страха.

— Ступай в лес, – прошептала она, отпирая окно и осторожно проталкивая меня через створку на землю.

Я упала не на теплую летнюю траву. Головой я ударилась о камень и моргнула, из-за тошноты и головокружения перед глазами замелькали темные очертания, а голову окутало красное липкое тепло.

Я слышала их в доме, их тяжелые и зловещие шаги.

«Вставай, – позвал голос в моей голове. – Вставай, Элспет».

Поднявшись на шатких ногах, я отчаянно устремилась к кромке леса за садом. Меня окутал туман, и хотя в кармане не было амулета, я побежала к деревьям.

Но голова болела слишком сильно.

Я вновь упала, и по шее потекла кровь.

«Они поймают меня, – мысленно закричала я, теряя рассудок от страха. – Они меня убьют».

«Никто не причинит тебе вреда, дитя, – прорычал он. – А теперь вставай!»

Я попыталась. Постаралась приложить все силы. Но слишком повредила голову, и после пяти отчаянных шагов – кромка леса так близко, что до меня доносился его запах, – я рухнула на землю в холодном, безжизненном обмороке.

Теперь мне известно, что последующие события – не сон. Они не могли им быть. Когда люди теряют сознание, им ничего не снится. А мне и вовсе не доводилось видеть сновидения. Но я не знаю, как еще это назвать.

Во сне в меня просачивался густой и темный туман. Я была в саду тети, как и мгновением ранее. Могла видеть и слышать – чувствовать запах, ощущать грязь под головой, – но я оцепенела, не в силах пошевелиться.

«Помоги! – тихо прокричала я. – Помоги мне».

В сознании отдавались тяжелые и спешные шаги. По щекам стекали слезы. Я вздрогнула, но не могла ничего различить, все вокруг расплывалось, будто я пыталась разглядеть что-то под морской водой.

Руки пронзила острая, яростная боль, а вены стали черными, словно чернила.

С моих губ сорвался крик. Я кричала до тех пор, пока мир вокруг не исчез – зрение меркло, пока все не обратилось во тьму.

Я очнулась под ольхой, укрытой туманом и густой зеленью леса. Боль в венах стихла. Каким-то образом мне удалось добраться до кромки леса даже с разбитой головой. Я сбежала от целителей.

Я буду жить.

Легкие раздулись, и я издала счастливый всхлип, пока разум продолжал бороться с грозившим захлестнуть меня приступом паники.

Только сев, я почувствовала боль в руках. И взглянула вниз. Ладони были исцарапаны и разодраны, пальцы замараны кровью в тех местах, где ногти, теперь покрытые землей, сломались. Почва вокруг оказалась разрыта, трава примята. Что-то – или кто-то – прижало ее к земле.